Книга Босс Мой нежный зверь, страница 46 – Анжелика Дюбон, Анна Эдельвейс

У кого есть предложения, как отделаться от Глеба? К слову скажу, у меня такой ситуации, когда брат влезал в отношения брата не было. Что в таких случаях делают?

Глава 19

Я вышла из лифта, стремительно шла по коридору в свою приёмную, торопилась, аккуратно перебирала папки, посматривая под ноги, чтоб не споткнуться. Следом за мной раздались шаги ( странно, на нашем этаже всего два кабинета, здесь случайных людей не могло быть).

Я оглянулась. Чёрт, Глеб догонял меня, улыбаясь на все 32 прекрасных винира. Некрасивая у него улыбка. Волчья какая то.

— Светуся, свет в окошке, я тебя вчера так и не понял. Наверное, ты решила, что я приставучий.

— А мы знакомы? – я решила отделаться шуточкой.

— Идём, покурим, познакомимся. Кстати, Света, ты куришь?

— Нет.

— Тебя не интересует зачем я здесь?

— Нет. Вы спрашиваете об этом всякий раз, когда видите меня. У вас ретроградная амнезия?

— Мы вроде вчера вечером стали на “ты”.

— Вы находитесь на территории брата. Здесь все говорят “вы”.

— Мы с тобой не чужие. Ты собираешься спать с моим братом, может, уже спишь. Так что мы почти родня. Глядишь, забрюхатишь, будем с тобой по судам таскаться, родство доказывать.

Меня просто переклинило в эту секунду. Градус терпения приближался к белому калению, мне стало не хватать воздуха:

— Сударь, у вас не амнезия. У вас биполярочка.

— Света, я сейчас возьму ножницы и укорочу твой язык.

Я ускорила шаг, постаралась оторваться от надоедливого хама. Всё, дождусь босса, пожалуюсь ему на этого гада.

— Мужчина, вы псих, у вас весеннее обострение. Выпейте таблеточку. Я вас не знаю.

— Ну что ты, Светик-семицветик, начальство надо знать в лицо.

— Портрет моего босса Юрия Матвеевича выгравирован у меня на сердце.

— Я найду на твоём теле для себя другое место, тоже запомнишь меня, да? – он ощутимо хлопнул меня по попе.

И не то, чтобы хлопнул, а плотно скользнул по всей поверхности горячей, тяжёлой ладонью. Причём, убирая руку, он как бы подцепил юбку и потащил её вверх. Передать не могу, какой мерзостью меня окатило. Я с разворота влепила ему по морде, да так, что у него дёрнулась голова:

— Спокойно, дядя, ничего личного. Просто держи свои грабли в карманах брюк.

Он замер на секунду, посмотрел на меня так, что у меня под рёбрами сердце пропустило удар. Честно, я кажется, была в одной секунде от сдачи. От реальной полновесной сдачи. Как хорошо, что я вчера с Глебом никуда не поехала. У меня тревожно вибрировали нервы, в воздухе повисло что то тяжёлое, гадкое. Он, наконец, выдавил из себя:

— Скажи спасибо, что я тебе не врезал, идиотка!

— Хотите попробовать?

Дальше не помню. Как шла по коридору, чувствуя, что он не отстаёт от меня. Запёрся ко мне в приёмную. Я уже сидела за своим столом, делала вид, что не обращаю на него внимания, однако пульс стучал в висках азбукой Морзе. Может быть, надо было позвать на помощь, но как, кого? Мне уже пора выкидывать в окно белый флаг с криками SOS? И надо же, то народ валом прёт что нибудь подписать, передать, а сейчас никого!

Получивший по морде козёл прошмыгнул мимо меня, спрятался в ванной, плескался там водой, матерился. Вышел, швырнул полотенце мне на стол, уставился на меня потирая щёку. Там и вправду розовело внушительное пятно. Сама не ожидала, что с такой силой смогу ударить. Полезет в следующий раз, ещё сильнее врежу.