Книга Босс Мой нежный зверь, страница 31 – Анжелика Дюбон, Анна Эдельвейс

— Может и зря. Посмотрим. Идём.

— Да что вы меня водите как телёнка за собой? Идите уже отсюда, дайте поспать, завтра встретимся и, наверное, расстанемся.

— Ты сама весь дом перебудила. Идём, кофе будем пить. Пообщаемся.

— На работе пообщаемся. Вы мой начальник, вот там и встретимся!

Вытурила его за дверь, снова повернула защёлку, нырнула под одеяло и зажмурилась.

Секретарь это кто? Это раздвигалка ног по первому требованию шефа и подноситель кофе? Именно так делала секретарша моего мужа и все романы в книгах строятся на этом. Или это из фильмов о разведчиках, где секретарь очень послушный человек, организованный, способный на быстрые решения. Правая рука, левая нога своего босса. Но… как бы сказать, это так неожиданно.

Может быть я ещё не до конца понимала, что значит быть секретарём у самого Данилова. Или мало я увидела своими глазами и почувствовала собственными губами? Или плохо слышала, что люди говорили о нём?

Но! Есть одно сладкое и огромное “НО” в этом предложении. Если монстр согласился на зарплату в целые сто тысяч, то и я попробую сработаться и не пристрелить его на рабочем месте.

Я сказала себе: “сделай или сдохни, Света”. Секретарь у Данилова это шанс расплатиться со всеми долгами.

Без кофе, с неоплаченным кредитом и массой семейных заморочек я вступала в жизнь в новой должности.

Дорогие читатели! Давайте все вместе придумаем напутствие для Светланы. Кроме вас,

мои дорогие,

Свету поддержать некому...

Глава 14

Юрий.

Итак, у меня впервые появилась секретарь, которуют не хотелось задушить с порога. Светлана проработала несколько дней, на удивление проявляя недюжинные способности.

Ко всему прочему, это была красивая женщина, которую можно было вызывать по поводу и без. Вот как сейчас.

Света занесла документы, аккуратно положила на стол, махнула по мне взглядом из под длинных пушистых ресниц. Улыбнулась одними уголками губ. Легко так, тепло, вроде и ничего особенного, а приятно стало.

В мозгах искрило от напряжения, когда смотрел на маленькие пуговки на её груди. Блуза невероятным образом облегала её грудь, спелые, жаркие полукружья просились в руки, губы начинали непроизвольно пылать, а ширинка билась в истерике. Хорошо что я сидел и массивный стол надёжно защищал анатомию страсти, то и дело поднимающей голову при входе моей новой секретарши.

Она повернулась, пошла к выходу.

Стоило взглянуть на её юбку, круглые бёдра, представить, где заканчивается резинка чулка и начинается кружево белья, цифры на мониторе вместе с буквами пускались в кадриль и я сжимал челюсти до хруста. Мозги кипели, глаза елозили по стройным ножкам в чёрных чулках со швом. Может, издать внутренний указ о запрете на чулки со швом?

Взгляд бикфордовым шнуром рвался вслед за чулком вверх, пробирался под юбку, плутал там, в тесном кружеве. Мозги скулили, ширинка трещала – и как тут работать.

Светлана сушила меня своим присутствием. Что за испытание мне вот этой недоступной девчонкой. Мало того, что она выглядела как ученица католической школы, так ещё и вела себя соответственно. Неприступно, недосягаемо. И что, сколько я ещё буду сидеть как на сковородке?

С головой ушёл в документы. Время вокруг замерло. Как только у меня появилась Света, работать стало легко. Девчонка коршуном защищала мой покой, ко мне никто не мог пробиться. Я знал, сплетни до меня доносили, раньше ко мне тоже желающих войти в кабинет не было. Я даже краем уха слышал, люди делали ставки, кто понесёт отчёт и будет отгребать за всех.