Книга Босс Мой нежный зверь, страница 30 – Анжелика Дюбон, Анна Эдельвейс

Сработала кофемашина, известив всех, что кофе готов.

— Здрасьте, – я кивнула, хотела повернуться к кофе, тётка почему то стала меняться в лице:

— Из уборщиц? Новенькая? Чего шаришься на хозяйской кухне.

— Да я, собственно за кофе пришла и ничего не шарюсь.

— Смотри мне, у меня тут всё по счёту. Чтоб я тебя на кухне больше не видела.

— Тётенька, остыньте. Я тут в гостях.

— Оно и видно. Опять Ленка подругу притащила? Да я вас щас обеих!– она откуда то выхватила поварёшку.

Я заорала:

— Да уймитесь вы. Какая Ленка. Я секретарь у Юрия Матвеевича. Вот, за кофе пришла.

— Ты? Секретарь?– женщина недоверчиво пожевала губами.

— Что тут происходит? – в дверях появился Данилов. Заспанный, мрачный, в полосатом халате и босой.

— Я за кофе пришла, а она – договорить я не успела, тётка грудью бросилась вперёд меня:

— Да вот, какая то посторонняя по кухне ходила.

— Это моя женщина. Займитесь своими делами, – повернулся ко мне:

— Сколько время?

— Пять утра.

— У нас ранний завтрак или поздний ужин?

— У нас несанкционированный кофе.

Взял меня за руку:

— Идём. Без кофе перебьёшься.

— Вы жмот! – попробовала выдернуть руку, не удалось.

Я прощально оглянулась на свою сиротливо застрявшую в одиночестве чашку кофе, побрела прочь из кухни.

Данилов ввалился в мою, ну в смысле, в гостевую комнату. Сообщил:

— Тут буду спать. Ты меня разбудила, значит виновата.

Я дурочкой стояла перед кроватью. Время такое раннее, не отправляться же в гостиную, и здесь глупо сидеть на стуле. А этот разлёгся на кровати. И куда мне теперь.

— Юрий Матвеевич, идите к себе.

— Прогоняешь?

— Угу.

Он поднялся, проходя мимо меня, приобнял, ткнулся губами в волосы:

— На первый раз уйду, привыкай ко мне. Я теперь твой начальник.

Меня током пробило. Можно сколько угодно рассуждать что правильно, что нет, но когда здоровяк и красавчик лапает тебя – хочется замереть и не двигаться. Меня так давно не обнимал мужчина, со времён развода не было секса. Женская природа первобытно расталкивала локтями все правила приличия и сама лезла к нему в объятия. Но я, стойкая моральная отличница и здесь победила. Дёрнула плечом,:

— Не трогайте меня руками.

— А чем тебя трогать. Губами?

Он подхватил мой затылок, запрокинул мне голову, коснулся жаркими губами. Пронизывающе, сладко, горячо. Меня никто так не целовал. Это вообще не поцелуй. Горячая трепетная волна бежала мурашками по плечам, собирающаяся в ноющий узел внизу живота. Я чувствовала его плотные, умелые губы, чуть подсасывающие мои. Язык, толкающийся в меня. Под коленями было пусто, я пьянела, но мои любимые мозги выключили романтику:

— Прекратите!

— Света, если я хочу тебя целовать, я буду это делать, хочешь ты того или нет. Сколько бы ты не трепыхалась, мне даже усилий не надо прилагать, чтоб разложить тебя здесь и наслаждаться тобой вдоль и поперёк. Ты сама пришла в дом к мужчине. Да, да, я помню, ты там говорила что то про статью.

— Но это правда! – я чуть не заплакала от обиды. Он что, намекал, что я пришла сюда к нему в постель?

— У тебя своя правда, а у мужчин своя. Ты мне паспорт зачем отдала?

— Что? Паспорт? Так вы же сами сказали.

— Ты сама понимаешь, нет, что говоришь. Я тебе сейчас скажу раздевайся и ложись. Ну?

— Вы совсем дурак. Замучили меня своим поведением. Зря я согласилась у вас работать.