Книга Босс Спор на любовь, страница 41 – Анжелика Дюбон

Выдавливая из себя по слогам, сообщила:

— Желаю твоей бабке скорейшей смерти, а тебе долгой несчастливой жизни.

— Не понял, где ты?

Виктор открыл дверь той самой машины, кредит за которую тянул из меня последние жилы, высунулся, высматривая меня:

— Да где ты?

— А вот она я. За окном ресторана.

— Что?! – удивлению его не было предела: – что ты тут делаешь?

— А ты? – это уже не было вопросом. Это был приговор. Мне самой. Я больше не невеста, у меня не будет свадьбы, не будет кольца на пальце, не будет нового кредита на платье:

— Вон из моей машины, Витя, из моей комнаты с вещами на выход.

— Постой, Таня, не делай этого.

— Чего этого?

— Не делай скоропалительных выводов. Да, у меня были ошибки, но кто без ошибок? Я…

— Сколько их у тебя?

В это время рыжей, наверное, надоело ждать, она высунулась из машины, прогундосила:

— Зая, ну скоро ты?

— Спрячься! – рыкнул на неё наш общий “зая”, тут же заскулил в трубку: – Танечка, мы столько были вместе, давай без скандалов.

— Давай. Просто сдохни.

— Простой, Таня. Давай встретимся дома. Приготовь свои фирменные вареники, я привезу вино. Поговорим, устроим романтический ужин.

— Ужин готов. На плите стоит. Плита на кладбище.

— Не понял, какая муха тебя укусила.

— Не то “бабка”, не то “муха”. Рыжая, как ржавая проволока. Итак, проваливай.

— Машину я заберу себе! В конце-концов я тоже корячился, зарабатывал на неё. И тумбочку.

Что я чувствовала? Даже не знаю как описать. Больно, будто ударили в живот. Стайкой наискок улетали мысли, унося с собою всю мою жизнь. Тяжело хлюпало в луже крови раненное сердце. Было трудно дышать. Я вдруг поняла, что проиграла по всем пунктам.

Итак, невероятное примчалось в моё очевидное. Моя первая стадия наивного слабоумия активно продиралась во вторую. Дурдом расстилал красную дорожку, готовясь встретить меня, свою лучшую свихнувшуюся от наивности пациентку.

Мой суженый без перерывов на обед приходовал всех подвернувшихся “ бабушек”, угождая им в дорогущих ресторанах. А я, сердобольная идиотка, корячилась на всех работах сразу…

У меня гудело в голове. Как. Скажите, как я могла ждать этого мужчину в мужья?! Мы ещё не женаты, а уже делим барахло. Причём, Виктор продолжал наращивать свои ресурсы в пергаментный список, нажитые непосильным трудом:

— Вот помнишь, я тумбочку купил. И продукты, вино всегда приносил. А помнишь…

Дальше слушать не было сил:

— Проваливай вместе с тумбочкой и холодильником к рыжей чёртовой бабушке!

Сказала твёрдо, а сердечко неуверенной бабочкой спикировало в пятки. Истерика, наконец, ворвалась в душу, я захлебнулась рыданием. Обернулась, собираясь отправиться на выход и упёрлась в широченную грудь громилы.

Соколов всё слышал. И видел. Да и чёрт с ним.

У меня вдруг качнулся пол под ногами. Я осознала, в какой жопе нахожусь. В самой настоящей. Два года ожиданий семейного счастья накрылись медным тазом, у меня нет работы, (потому, что в зависимых отношениях с боссом я не останусь), мне нечем платить кредит, я живу у древней бабушки приживалкой и у меня странные отношения с миллионером.

Закрыла лицо руками. Меня душили рыдания. Марк притянул меня к себе. Из за его гренадёрского роста мой нос впечатался в шёлк его рубашки где то на уровне груди.

по-хозяйски притянул меня за талию, хрипло шепнул на ухо: