Книга Босс Спор на любовь, страница 105 – Анжелика Дюбон

Примчались на другой берег к реке. Разделились, Марат пошёл вверх по берегу, я вниз. Ещё, блин, берега такие, болото сплошное. Шёл орал: “Таня!”

И вдруг, я увидел её, лодку! Вчерашнюю лодку.

Лодка врезалась в камыши в двух метрах от берега. Внутри неё беспробудно спал пьяный вдребезги мужик. Я прикидывал, как вытянуть его из лодки, узнать, он Таню вёз, как вдруг глаза скользнули левее и я увидел плавающую в камышах балетку. Танину туфельку, наполовину торчащую голубым носом из воды.

Честно, у меня свет померк перед глазами. Задрожали руки. Так страшно мне никогда не было. Меня оторопь пронзила, ледяные мурашки пронеслись по позвоночнику. Таня была здесь. Что случилось. Вдруг утонула. Рванул к лодке, подтянул её на себя. Влез, стал трясти козла. что спал внутри:

— Где Таня. Скот, где девушка?

Он что то сипел, совершенно в отрубоне. Сука. Бросил его, ошалелыми глазами смотрел на тишь реки. Надумал пробежать вниз по течению, может Таня ранена, может где то на берегу и ей нужна помощь. В этих чёртовых камышах не видно ничего. Выскочил из лодки, снова заорал :

— Таня!

Стоял, осматривался, соображал что делать.

Неожиданно сбоку появилась женщина:

— Ищешь кого?

Я чуть дар речи не потерял. Закивал головой, бараном тыкал рукой на противоположный берег, промычал:

— Не видели девушку?

— Таню?

— Да, да…

— Красивую, светловолосую?

— Да! – у меня уже от радости сердце зашлось. Таня жива!

— В джинсах и в маечке?

— Ну что вы тянете? Видели её?

— Видела. Глаза её зарёванные видела.

— Где она?

— Тебе, гаду, не скажу. Была бы она моя дочка, я бы тебя уже прибила. Ишь, из за такого гада девчонка чуть не утопла.

— Да скажите же, где она.

— А вилами вбок хочешь? – тётка взаправду замахнулась мощной железякой: – Вали отсюда, пока я Полкашу с цепка не спустила.

Я побрёл к машине. Главное, Таня жива. Осталось найти её. Конечно, она в Москву поехала, куда ещё.

— Давай, Марат, назад, на дачу к Рустамову. Похабень эту в бинтах повезём к Тане. Все стадом прощение будем просить у девушки.

Во мне кипел адреналин. То, что я наворотил, надо было лопатой разгребать. Но и тем, кто виноват, не поздоровится.

Само собой, Рустамов зятя мне отдал молча, единственно, попросил вернуть живым. Завтра регистрацию проведут. Дочка его, Маша, жениха простила. Рустамов махнул рукой, не оборачиваясь пошёл в дом. Что тут скажешь. Даже всесильный папа перед придурью дочери бывает бессильным.

Чурло в бинтах смирно сидел на заднем сидении в моей машине. Помалкивал, сука. По дороге встретили мою охрану, пересели по своим машинам. Женишка отсадили к охране, чтоб не ровён час не придушить его.

Въехали в Москву, первым делом прибыл к нам в квартиру. Консьерж сообщил, Татьяна была, ушла ещё в полдень.

Ёлки, сколько же я времени упустил.

— Поехали к тёте Соне, Марат. Таня там.

У меня щемило в груди. До жара. До боли. Потёр рукой грудь, нащупал коробочку в кармане. Чуть не взвыл. Не так сегодняшнее утро должно было начинаться.

Мы уже свернули на аллейку к Таниному дому. И тут я увидел её. Таню. Мою Таню.

Глава 41

Я не торопилась домой в свою комнату к тёте Соне. Успею. Шла через парк, рассеянно смотрела на людей и тут меня накрыло. А чего это я разнюнилась? Тоже мне – трагедия. Ну, попалась на удочку ловеласа. Всё, вытерла сопли и выше нос.