Книга Развод. Любовь вдребезги, страница 11 – Анна Эдельвейс, Анжелика Дюбон

Значит, хабалка Даша (слова свекрови) фамилии Ковалёвых недостойна и место моё на половичке за дверью. Честное слово, не понимала, откуда у свекрови этот бред в голове. То, что Максим занимал очень серьёзную должность на предприятии, это была только его заслуга. Фамилия его к этому не имела никакого отношения. Происхождение его было самым обыкновенным, не царским, уж точно. Максим нанятый работник, это не его бизнес, он просто хороший исполнитель.

Да и вообще, причём тут всё это.

И то, что мы жили в обычном спальном районе, у нас не было виллы (хотя могли бы себе позволить и не только виллу), это опять же была заслуга Максима. Вернее, его жадности. Я, правда, вовсе не стремилась кичиться богатством, иногда, конечно, хотелось купить красивую одежду или косметику, но… Максим говорил, что я сижу дома, пока мне это ни к чему. Когда нибудь потом, когда начну выходить в люди, может быть мы вернёмся к этому разговору.

Я ещё раз окинула взглядом стол, на котором подготовила всё для сервировки. Отряхнула руки, сняла фартук и распустила волосы, зная, что это взбесит свекровь. Решительно отправилась в гостиную.

Увидела, что сынишка прекрасным образом ползал с машинкой под столом, до него никому нет дела. “Любящая и заботливая” бабушка пыталась выжать из собственного сына деньги на свои хотелки, Максим ушёл в глухую оборону, у него это всегда здорово получалось, когда дело касалось денег. Выражение лица мужа становилось таким, будто у него болели зубы, причём все сразу.

Меня вообще не волновали разговоры этих двоих, а вот то, что двухлетний малыш что то тянул с пола в рот, меня чуть не отправило в нокаут. Забрала ребёнка, свекрови сухо, но любезно улыбнулась:

— Я занята, пожалуйста, накройте стол сами. Еда на кухне.

— Дарья, в чём дело!

Муж решил повысить на меня голос?

— На секретаршу свою будешь покрикивать, а на меня не надо. — я злобно посмотрела на мужа. У меня голос осип. Последняя фраза выдавилась из меня с хрипотцой. Я ещё не привыкла, что разговариваю с предателем.

— Ой, всё, сынок! — свекровь тут же вставила свои пять копеек — говорила я тебе, жена твоя — хабалка. Мне тут находиться противно, когда её вижу. Проводи меня, бедняжка ты мой. Ну надо же, как с женой не повезло. Сама вон какую ряху отъела, а мне даже еды пожалела. Спортом бы занялась!

Я стояла открыв рот с сыном на руках, смотрела на мужа, он поймал мой взгляд. Я так надеялась на его защиту, а зря.

Его ответ просто скосил меня:

— Да, мама, ты права. Я отправлю Дашу на спорт.

— Что?! — возмущению свекрови не было границ — Ещё деньги на её причуды тратить. Лучше на картошку, в колхоз её отправь. И то больше толку будет.

Свекровь бурчала себе под нос, пошла к дверям, вскользь посмотрев на внука:

— Она и сына таким же бездельником воспитает. Как же тебе не повезло, сынок.

Я вслед ей ответила (кстати, впервые):

— Мужу с женой не повезло, жене со свекровью, что же тут поделать.

Максим гневным шёпотом прошипел:

— Дарья!

— Что?

— Ты что себе позволяешь? Мы с тобой сейчас поговорим.

— Нам есть о чём поговорить. Провожай скорее маму.

У меня на языке вертелось порадовать свекровь тем, что скоро верну ей сыночка всего сразу, целиком, с новой любовью. Но сдерживала себя. Не время. Пока ещё не время.