Книга Хозяин, наследник и я, страница 19 – Ника Амур

Огранку он мне собрался делать... Я пыхчу от возмущения. Тоже мне ювелир. И чем он планирует меня огранить? Тем, что у него в штанах? Какой же он лицемер!

Я слушаю Раиля и еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Он сам не верит в ту чушь, которую несет! Это игра на публику, в его речи ни слова правды. Но гости делают вид, что все так и есть. То ли из вежливости, то ли совсем не знают Раиля Алаева.

Злясь, пропускаю часть речи и слышу только конец:

— А пока я предлагаю насладиться ее чудесным голосом.

Раиль отходит в сторону, демонстрируя меня. По залу прокатывается волна аплодисментов. Пока гости приветствуют меня, Раиль наклоняется ко мне и говорит:

— Споешь «I Will Always Love You» (пер. «Я всегда буду любить тебя»), пианист в курсе. Уверен, ты знаешь слова. Если нет, я буду крайне разочарован.

Я смотрю на него, не веря своим ушам. Он не просто так выбрал эту песню. Хочет, чтобы я спела ее именно ему.

С языка уже почти сорвалось «да ни за что!», но Раиль добавляет:

— Или ты передумала и хочешь разорвать наше соглашение?

Он издевается. Раиль не даром выбрал именно эту песню. Знал, как я отреагирую. И сейчас с усмешкой наблюдает, что я выберу.

Так, Ася, возьми себя в руки. Это просто песня. Просто открывай рот и повторяй слова, в этом нет ничего сложного.

— Хорошо, — киваю. — Но следующую песню выберу я. Можно?

— Почему нет? — пожимает он плечами.

Раиль спускается с постамента к зрителям, делает взмах рукой, давая пианисту «добро». Звучат первые тягучие ноты мелодии. Я люблю эту песню, она прекрасна. Оттого еще противнее петь ее для него.

На миг охватывает желание крикнуть в микрофон — «Он украл меня и держит против воли! Помогите»! Но потом я ловлю на себе взгляд Раиля. Крайне опасный взгляд, должна заметить. Со всей очевидностью понимаю: если открою рот, ничем хорошим это для меня не кончится, а он все равно выкрутится.

В итоге я пою вечный хит Уитни Хьюстон и делаю это чертовски хорошо. Настолько, что гости слушают меня, открыв рты. Последние ноты получаются особенно пронзительными. Когда мелодия и мой голос стихают, люди еще несколько секунд стоят молча.

А потом зал взрывается аплодисментами. На этот раз не просто вежливыми, а искренними, полными восхищения.

Я купаюсь в овациях, на миг забывая, как здесь оказалась. Кажется, вот оно — сбылась мечта. Я на сцене, мне аплодируют. Но потом я вижу среди толпы лицо Раиля, и настроение резко падает. Вовсе я не на сцене, я — в клетке. Какой бы прекрасной она не была, это все равно капкан.

Меня просят спеть еще, и я соглашаюсь. Теперь моя очередь выбирать песню. Наклоняюсь к пианисту и говорю:

— Давай на этот раз веселое. Взбодрим гостей.

— У тебя есть что-то на примете?

— Как насчет «Toy» Неты Барзилай?

Пианист кивает и начинает играть. Я выбрала эту песню специально для Раиля. Уверена, он поймет.

Гостям нравится зажигательная мелодия, они подтанцовывают. Не двигается под музыку лишь Раиль.

На словах «Я не твоя игрушка, ты глупый мальчик» смотрю ему в глаза и вижу в них бурю. Он меня без всяких сомнений накажет. Но прямо сейчас я чувствую дикий драйв оттого, что пусть хоть песней, но дала ему отпор. Адреналин в крови аж зашкаливает.

Музыка заканчивается, и Раиль широкими шагами направляется ко мне. Сейчас схватит. Но в последний момент он сдерживается. Говорит гостям, что я устала, на сегодня достаточно, и уводит меня с постамента-сцены.