Книга После развода. Один год спустя, страница 42 – Карина Ли

— Посмотрим, — отвечаю, хотя сердце уже бьётся быстрее обычного.

Лера будто ждала этой точки.

— Ты слышала, что он уходит из политики?

Я оборачиваюсь.

— Что?

— Уходит. Последние дни на должности — и в отставку. Решил открыть своё охранное агентство и быть… больше отцом. И, возможно, мужем. Если ты позволишь.

Я опираюсь ладонью о столик.

— Он мне не говорил.

— И не должен был, — Лера пожимает плечами. — Важные поступки ради семьи делают тихо. Без фанфар. И без «смотри, как я могу».

Я смотрю на своё отражение. Морщинки у глаз, тёплый взгляд. Живая женщина, а не «история болезни».

— Значит, я правильное решение приняла, — шепчу.

Лера обнимает.

— Тогда не сиди тут больше. Езжай к нему.

Я поправляю платье, под которым — красивое бельё. Для себя, для уверенности. Не для оценки.

— А если он не готов? Передумал? — спрашиваю и сразу понимаю, что это больше страх, чем вопрос.

— Тогда я сама его убью, — Лера вздыхает и улыбается. — Но не думаю, что папа такой дурак, чтобы снова всё потерять. Он уже от многого отказался. Посмотри, как он изменился.

Я киваю. Смахиваю слезу, чтобы не смазать тушь.

— Хорошо. Я поеду.

— Напишешь, как доберёшься, — кивает Лера. — И да, ты сегодня красивая до неприличия. Сексуальная, ужасно просто.

— Я теперь всегда такая, — отвечаю и беру ключи.

Его дом — теперь другая квартира, в которой я бал всего несколько раз за эти месяцы. Лифт гудит. Дверь открыл на первый же звонок.

Он не ждал — босые ноги, тёмные брюки, голый торс, мокрые волосы. На секунду — чистое удивление, потом взгляд, в котором и радость, и страх ошибиться.

— Вика?..

Я не говорю ни слова. Захожу. Закрываю за собой дверь. Становлюсь близко. Убираю с его щёк влажные капли. И целую.

Он замирает — как будто не верит, потом дышит, берёт мои ладони в свои, осторожно, будто они из стекла. Отступает на шаг, смотрит в глаза, ищет подтверждение. Я киваю. Он снова тянется — ближе, теплее, увереннее. Во рту вкус воды и чего-то знакомого, как наш дом когда-то: чисто и просто.

— Подожди, — шепчет, касаясь лбом моего лба. — Скажи хоть слово, чтобы я… чтобы я не придумал это.

— Я здесь, Тим, — отвечаю. — По-настоящему. Но шаг за шагом.

Он выдыхает, почти смеётся от облегчения, обнимает — жадно, крепко. Держит, как держат то, что долго боялись уронить.

— Чай? — спрашивает через секунду, будто просыпается. — Или вода… я только из душа…

— Сначала — обними, — говорю. — Потом все остальное.

Мы стоим у двери, как на маленьком острове, и мир не падает. Наконец он отступает, проводит меня на кухню. Там всё по-простому: две кружки, нож, лимоны на блюдце.

— Я… у меня нет слов, — он ставит чайник, не отводя взгляда. — Никаких мыслей. Только одно: спасибо, что ты пришла.

— Спасибо, что не торопишь, — отвечаю.

Мы пьем чай стоя, прислонясь спинами к столешнице, как когда-то после поздних смен и длинных отчётов. Вопросы пока не лезут, претензии — тоже. Всё скажется потом, когда нужно. Сейчас — тишина и рядом тёплый человек.

— Лера тебе сказала? — наконец он решается. — Про отставку.

— Сказала, — киваю. — Я удивилась.

— Хотел сам. Потом понял, что лучше — потом. Понес документы в понедельник. Останусь советником на пару месяцев, чтобы всё передать, и уйду. Хочу жить. Агентство открою. И времени больше. Для вас.