Книга Мама для выброшенного ребенка, страница 27 – Виктория Вестич

— Марат.

— Где его мама?

— Тебе не кажется, что для посторонней девчонки ты задаешь слишком много вопросов? — раздраженно спрашивает мужчина, снова пронзая меня взглядом через зеркало.

Но я теряться не собираюсь, иду в наступление сразу же:

— Если бы не я, ваш ребенок бы погиб! — выпаливаю резко, — Я лишь хочу выяснить, как так случилось, что Платон оказался в мусорном баке, выброшенный как какой-то ненужный мусор! Вы хоть представляете, Марат, что бы с ним стало, если бы я не проходила тогда мимо? Суббота, семь утра! Он бы замерз прямо там!

Мужчина поджимает губы. Мы останавливаемся на светофоре, и Марат трет переносицу пальцами. В этом жесте столько усталости, но сейчас он хотя бы не взвинчен. Видимо новость о том, что малыш все-таки найден, помогла успокоиться.

— Я не спал все это время, искал сына. Извини, что был резок, — неожиданно просит Марат прощения негромко.

Я обнимаю себя руками и бубню под нос:

— Неплохо было бы еще извиниться за то, что ваш друг меня ударил.

Наши взгляды снова скрещиваются и в серых глазах Марата сначала видится отблеск металла, будто он вот-вот хочет сказать что-то жесткое. Секунда — и взгляд смягчается, даже межбровная складка разглаживается, и мужчина кивает:

— Ты права. Прости. Этот фокус с моим охранником и правда был лишним, просто… знаешь, не каждый день у тебя крадут детей. Еще раз извини. Я заглажу вину материально, обещаю, и дам большую сумму сверху за твою помощь и за то, что была все это время с ребенком, если ты вдруг переживала, что я не буду благодарен.

— Не нужны мне никакие деньги! — тут же ощетиниваюсь я.

Он что, решил, что я все это из-за денег сказала?? И что не говорила, где малыш только чтобы выторговать себе сумму побольше?! От возмущения и злости у меня загорелись щеки, я прожгла в Марате дыру и, отвернувшись, выпалила:

— Платон в больнице.

Отец явно был не готов к такой новости, потому что снова слишком резко затормозил.

— В больнице?!

— Да. У него поднялась температура вчера и… я пыталась ее сбить, но лекарства не помогали. Я вызвала скорую и… и вот… — заканчиваю я уже не так уверенно.

На душе нехорошо, словно я сама виновата в том, что маленький Платон так серьезно заболел. Но я правда старалась сделать все, что могла!

— Где эта больница? Адрес, название, что угодно, — тут же командует Марат, открывая навигатор.

Я говорю адрес и кусаю губы. Остается только надеяться, что я поступила правильно…

Мы приезжаем по нужному адресу очень быстро. Марат гонит, нарушая все мыслимые и немыслимые правила, и я поневоле вжимаюсь в сиденье от страха. Конечно, он ведет машину уверенно, но мне такое все равно не по душе. Понимаю, он торопится увидеть ребенка, но рисковать ведь незачем, Платон сейчас в надежном месте, под присмотром.

Когда мужчина паркуется у больницы, я уже хватаюсь за ручку и даже открываю дверь, но он отрывисто бросает:

— Жди меня здесь.

И всё, Марат тут же уходит, даже мотор не глушит. Я растерянно слежу за его рослой плечистой фигурой — он даже куртку легкую не накинул, когда из салона выбрался. Ну что за?

Захлопнув дверь, из которой в прогретую машину тянуло холодом, я откидываюсь на сиденье и потираю уставшие глаза. Толком поспать ночью не удалось, лишь под утро задремала, когда Платоша успокоился и заснул уже без температуры. Но это не главное, отдохнуть я еще успею. Главное, что отец малыша нашелся, а значит больше не надо бояться, что кто-то посторонний, кто желает навредить, его не тронет.