Книга Сделка на… любовь?, страница 66 – Луиза Анри

— Теперь-то ты поняла? — раздался его хриплый голос. — Я бы мог с легкостью довести начатое до конца, Алия. Мы оба знаем это. Но тогда ты бы возненавидела меня, а полчища моих «поклонников» мне хватает. У тебя еще будет возможность и время, можешь мне поверить. Помнишь свой вопрос? — На мгновение смысл его слов достиг ее сознания, и девушка озадаченно взглянула на него.

— Про брак, — уточнил он. — Нет более надежного способа испортить прекрасные отношения, чем брак, Алия. Ведь когда надеваешь кольцо на палец, появляется проблема обладания другим человеком. Если любовь искренняя, то ты отдаёшь любимому человеку своё сердце. Ты вручаешь ему часть себя, чего не позволяешь себе в отношениях с другими людьми. И только любимый человек может безнаказанно причинить тебе боль, ведь ты практически вручаешь ему острую бритву с картой своего сердца, на которой указано, где лучше ударить, чтобы попасть в самое ранимое место. И когда он действительно ударяет, это так больно, словно тебе на самом деле вырезали сердце. Ты словно оказываешься голой на всеобщем обозрении, и только один вопрос не даёт тебе покоя: чем ты заслужила такое обращение? Что заставило этого человека причинить тебе боль, если твоя вина заключается лишь в том, что ты любила его. Что с тобой не так? Почему никто не может хранить тебе верность? Почему никто не может любить тебя? Если это всё происходит с тобой один раз — уже достаточно плохо… А если это повторится? Кто, будучи в здравом уме, не станет бояться снова такое пережить? Вечной любви не бывает. Бывает удачное сочетание привычек. Бывает хорошо в кровати. Бывает чувство уюта от того, что ты не одна. Бывает надежность. Вот, собственно, и все, чего вполне достаточно для счастья.

Он говорил медленно, его холодный взгляд устремился сквозь нее, словно зацепившись за какую-то деталь за ее спиной, но девушка уверенно знала, что там, за окном, лишь безбрежный простор океана. Последние слова он произнес безразличием, словно пытаясь окупить урон, нанесенный его самолюбию. Завеса тайны была приоткрыта, и теперь Алия боялась того, что может настигнуть ее из мрака. Она словно умерла и родилась заново в одно и то же мгновение. Это мгновение длилось вечно — и кончилось в один миг. Она не знала, сколько прошло времени, но судя по стихнувшим раскатам грома, скоро должен был наступить рассвет. Рассвет четвертых суток.

Девушка открыла глаза. Вместо мокрого от ее слез мужского плеча она обнаружила подушку, продрогшее тело было укрыто пледом. Медленно, словно каждое лишнее движение причиняло боль, девушка приподнялась с места. Какое-то шестое чувство подсказывало ей, что в доме больше никого не было. На соседней подушке ее ждала записка. Недрогнувшими пальцами Алия развернула белый лист.

«Я получил, что хотел, — было выведено уверенным каллиграфическим почерком. — Сделка совершена. Билеты внизу. Документы получишь в Москве.»

Алия безразлично оставила записку на прикроватном столике, словно на автомате начав одеваться. В свою одежду. Единственное, что ей было нужно от него, она получила. И он «получил, что хотел». Алие казалось, словно ей на лицо нацепили табличку с очередным номерком. Но ей было безразлично. Она получила желанную свободу. Все это должно стать просто ночным кошмаром.