Книга Мой гадский сосед, страница 42 – Аня Леонтьева

Куда смотрит её муж?

Я бы её из постели не выпускал, и уж тем более не позволял уезжать от себя далеко и надолго.

Размыкаю её губы и проталкиваю в рот большой палец, скольжу по горячему языку, под завязку наполняясь возбуждением, глядя, как она послушно смыкает на нём губы, сосёт. Потом упираюсь им в щёку, растягиваю, предвкушая, следующее действие.

— Всё, то же самое, Мань, только с членом, — вытягиваю палец и даю ей секунду, чтобы примериться и собраться с духом.

Она обхватывает ладошкой основание, направляя головку в горячий рот.

Первое прикосновение к нежным губам и влажному языку, заставляют меня содрогнуться от прострелившей сладкой судороги.

Как бы ни опозорится и не спустит в первые минуты.

Виляю непроизвольно, чисто на инстинктах, прижимая её голову, в желании продлить это ощущение кайфа. Чувствую, как она упёрлась ладошками в мои бёдра, отпускаю, и дальше она уже продолжает без понукания, держать этот темп.

Вижу, что ей заходит, потому что она быстро улавливает нехитрую технику, прикрывает глаза, и даже тихо постанывает.

Глажу её голову, зарываясь в спутанные волосы, поощряя все её действия, и подбираюсь к пику.

И последняя, и самая громкая мысль в голове, перед тем как я кончаю, то, что Машка, идеальная девственница.

— Нет, Маня не сгодится. Если тебе твоя задница не дорога, то отдай её мне в вечное пользование. Мы же в лес идём! Тебя комары на раз сожрут, — бухтит Женя, который уже полчаса ждёт, пока я соберусь в этот треклятый лес.

Стоило моей ноге зажить более-менее, а синяку сойти, как у соседа сразу же планы нарисовались. Обещал в красивое место сводить в лесу, типа романтики, свидания. Вот только собраться туда оказалось ещё той задачкой.

Стоит, привалившись о косяк дверного прохода в мою комнату, закрыв собой всё пространство, и бухтит, и бухтит.

И каждый раз всё не так.

То майка короткая, то штаны слишком обтягивающие, и всё по той же схеме, и по кругу.

— Слушай, ну я же как-то без тебя ходила туда, не сожрали, — ворчу в ответ, снимая очередной неугодный предмет деревенскому «кутюрье».

Остаюсь почти голой, в нижнем белье, уже и не зная, что надеть, чтобы этот медведь вредный одобрил.

— Маш, а трусы нормальные есть или только вот эти нитки? — прилетает очередное замечание.

Теперь моим стрингам достаётся.

Оборачиваюсь, реально желая подпалить гада взглядом.

А он только ухмыляется, даже в глаза не смотрит. Всё его внимание на этих, как он выразился «нитках».

Вот же медвежина ненасытный, только одно у него на уме.

— Пошёл вон, — рычу, — отменяется наше свидание. Задолбал ты меня!

Женя моментально в лице меняется.

Он и так-то вечно кровожадного бандита мне напоминает со своими зарослями на лице, а сейчас, в чёрном лонгсливе, в карго цвета хаки и высоких ботинках так вообще, головорез, если бы не высшая степень моего бешенства, я бы точно дрогнула.

— Опять на меры воспитательные нарываешься, Мань? Жёсткого траха захотелось?

Язык у него ещё то помело. В выражениях он вообще не стесняется. Всё, что на уме, то и озвучивает.

Морщусь от очередного шедевра, вышедшего из его рта.

— Жень, ты вообще когда-нибудь в приличном обществе жил, или только с орангутангами в зоопарке? — фырчу, натягивая футболку. — Ты вроде взрослый дядя, что за спермотоксикоз у тебя постоянный?