Книга Ненавижу Новый год!, страница 10 – Аня Леонтьева

Как же там холодно.

Далеко я точно не убегу. Если в городе ещё был шанс, что кого-нибудь встречу, пока не замёрзну, то тут, навряд ли.

Придётся вернуться.

Жить очень хочется. Хотя она не справедливая эта жизнь.

Достаю из кармана разбитую трубку.

Естественно, кто звонит не видно, а вот принять вызов получается.

— Да, алло, — говорю в трубку.

— Дуняша, — несётся мне в ответ приторно-ласково.

— Иди на хрен, Наташа! — тут же отзываюсь я.

— Дуняша, ну, прости…

— Прости? — офигиваю я. — Ты, за моей спиной, с моим парнем спала! И ты говоришь мне, просто прости? На хрен тебе моё прости? У вас же любовь! Бедный Виталик! Ведь ему так противно было со мной! С такой коровой! А ты, конечно, королева красоты, Наташенька. Я всё слышала, и то, как вы обсуждали меня. И то, как он несчастный страдает, потому что ты боишься признаться. Передай ему, пусть не страдает. Собирает вещи и к тебе валит. Чтоб к утру духу его не было!

— Но, Дуня, ко мне-то как? В общагу? — заблеяла Наташка.

— А ты считаешь, что мне есть дело? — охренела я в очередной раз, от наглости подруги. — Или вы будете встречаться в моей квартире?

— Ну хотя бы пока, Виталя, не найдёт новое жильё, — без обиняков заявила Наташа.

— Наташ, ты гонишь? — у меня слов не хватало от такой борзоты. — Вам мало того что вы оба меня предали? Так вам ещё и поглумится охота?

В трубке молчание.

А мне хочется, чтобы эта предательница, продолжила пререкаться. Потому что, я заведена до предела, и я только начала.

— Дунька, — раздаётся в трубке голос козла Виталика, — ну чё ты подругу до слёз довела?

Охренеть! Он меня ещё стыдить будет.

— Тебе что жалко жилплощади? Ну, если не люблю я тебя. Наташку люблю. Что теперь сделать?

— Я тебе скажу, что делать, — цежу сквозь зубы, стараясь собрать все мысли, чтобы выдать этому мудаку всё, что я о нём думаю. — Если, как ты говоришь у вас любовь, то по-человечески надо было поступить. Просто всё рассказать, а не трахать мою подругу у меня же дома. И уж точно стоило, хотя бы двери закрывать, если вы так боялись, что всплывёт правда. А теперь валите оба!

— Ой, Дунька, что ты выделываешься. Подождёшь, никуда не денешься. После праздников, найду жильё и съеду, — отмахивается Виталя.

— Сегодня съедешь! — рычу в трубку.

— А если нет. Что ты сделаешь? — откровенно глумится он.

— Я ничего. А вот мой новый парень… — вспоминаю про Кешу, он ведь обещал мне помочь. Пусть выполнит, а потом возвращается к своей девушке, или кто она ему там.

— Кто? — ржёт бывший.

— Па-рень, — повторяю по слогам.

— Ну-ну, — продолжает глумиться. — Дунь, ты себя хоть реально оценивай. Я тебе говорил, твоя самооценка завышена.

Открываю рот, чтобы уже просто обматерить это хамло, но он скидывает вызов.

Я в бессильной ярости смотрю на разбитый экран телефона, понимая, что перезвонить и договорить не получится, да и даже бы, если трубка была исправна, детский сад какой-то.

Разворачиваюсь на каблуках, с намерением призвать Кешу к выполнению обещанного, и утыкаюсь в твёрдую грудь.

— Поехали, — говорит Кеша.

А просить и объяснять ничего и не понадобилось.

Даже рада, что он подслушал этот разговор.

Унизительно, конечно, но что поделать.

Молча, киваю, даю ему, несколько минут, чтобы объясниться с друзьями и одеться.

Сама в дом не прохожу.