Книга Бывшие, страница 9 – Аня Леонтьева

Его бёдра крепко прижаты к моим, и я нахожусь не в двусмысленной позе под ним, полностью в его власти. Он держит мои руки, понимая, что я в бешенстве, и сейчас не посмотрю на то, что он мой начальник, а я его подчинённая, расцарапаю лицо до крови. Да что там понимает, он это знает.

— Не мог удержаться? — горько усмехаюсь я.

— Ага, мечтал только об этом, — саркастически усмехается он, — шесть лет ждал, когда завалю тебя раком на стол, и отымею.

— Ты не посмеешь, — я замираю.

— Да я не соблазнюсь на тебя никогда в жизни, — презрительно кидает он, всё же крепко держа, и прижимая меня к столу.

— Что-то не похоже, — скептически хмыкаю я, прекрасно чувствуя, что он возбудился.

— Просто ты, как была дикой кошкой, так и осталась, — бормочет он, ослабляя хватку, — и то, что моё тело реагирует на тебя, ничего не значит!

— Тогда отпусти меня, — меня бесит моё положение, и меня бесит, что и моё тело отзывается на него. Грудь напряглась, а между ног становиться жарко.

— Успокойся для начала, — фыркает он, — и выслушай меня.

Его хватка ослабевает, и он отпускает меня. Я отталкиваюсь от стола, и разворачиваюсь к нему, впериваю тяжёлый взгляд, в его не менее тяжелый и хмурый.

— Что передумал насчёт миннета? — скалюсь на него, потирая запястья.

— Представь себе, передумал, — Стёпа отходит на шаг, — тебе ничего не поможет получить эту должность, — отрезает он. — Если хочешь работать в этой компании, то только на своей, у тебя реально маловато опыта, а мне нужна акула, в отделе развития. Вы теперь не захудалая фирма, а часть огромной корпорации, поэтому, засунь свои амбиции куда подальше. Захочешь уволиться, подпишу, без отработки. Останешься, придираться не буду, только по делу.

Я испытывающе смотрела на него.

— Зачем тогда этот спектакль? — снова разозлилась я. — Мог просто отказать и объяснить причины.

— Мог, да не захотел, — хмыкнул он в ответ.

— Понятно, — фыркнула я. — Заявление занесу через пять минут.

— Не торопись, — кидает он мне вслед, когда я хватаю на ходу папку со стола, и спешу к дверям. — Сперва поправь отчёт. И подумай, впереди два выходных, в понедельник решишь, увольняться, у меня с утра перед планёркой будет пять минут, подпишу заявление.

Я, молча, покидаю его кабинет, и пролетаю мимо его помощников, подозрительно смотрящих мне в след.

А потом уже в кабинете, даю волю своим чувствам. И даже плачу. Шесть лет прошло, а этот мужчина всё еще волнует меня. Особенно убивает его презрение. Он так и не простил меня.

Музыка орёт на всю кухню, я ору тоже, подпеваю. Выплясываю по кухне в смешном переднике с котятами. Его мне подарила мама, на восьмое марта. Ни разу его не надевала, а теперь вот сподобилась. На мне длинная футболка Стефа, с номером восемнадцать. Она у него с тех времён, когда он занимался плаванием, и выступал под этим номером на соревнованиях. Футболка мне до колен, и теплые носки, тоже с котятами. И вся я такая мимимишная, со своими розовыми локонами, даже фотку сделала для инсты. Готовлю на холостятской кухне ужин. Впервые. Всё как-то перебивались ресторанной едой, да походами в кафе, а тут выдался свободный день, и пока Стеф, на работе, я включаю режим домохозяйки, навожу порядок, и готовлю пасту, по рецепту моего любимого Джейми Оливера. Я вообще обожаю все эти кулинарные шоу, Стефа тоже подсадила, он даже пророчит мне будущее ресторанного критика. Издевается, стервец. Смеётся над моей самой заветной мечтой.