Книга Бывшие, страница 40 – Аня Леонтьева

— Ну, сегодня же день рождения Ксении Антоновны, она не обидится? — вконец растерялась я, забыв про клубнику, и наблюдая за своим теперь уж будущим, мужем.

Стёпа стоял возле мангала, с Ильёй, и отцом. Они жарили мясо, и о чем-то разговаривали, смеялись. Он был так хорош. Темные потрепанные джинсы, синяя футболка поло, обтягивала широкие плечи. Расслабленный, красивый, так и тянет подойти и обнимать, не отпускать. Со дня нашего знакомство, кроме него никого не воспринимаю. Не вижу других мужчин. Даже актёры, которые раньше казались мне горячими, и волнительными, проигрывали Стёпе. Он был везде, он был во мне. Только он. Один единственный, на всю жизнь.

— Глупая Роза, — хмыкает Эля, видя как жадно, я гляжу на её брата, — всё обговорено, и подстроено.

— Ах вы семейство заговорщиков, — кручу я головой, а потом внезапно обнимаю её, — я так рада, что вы появились в моей жизни.

Эля в ответ тоже меня обнимает.

— Ты только не выдай меня, а то Стёпа мне голову свернёт, — смеётся она, и гладит меня по голове.

— Я тоже рада, честное слово! — признаётся она. — И мама, и папа, и даже бабушка Оля. Ты нереальная, Роза, светлая, добрая, искренняя.

— Спасибо, — смутилась я, и сморгнула набежавшие слёзы.

— Так всё, давай не реви, — нарочито строго, говорит Эля, и встряхивает меня за плечи.

Я вымученно улыбаюсь.

— Вот так будешь улыбаться, когда мой брат тебе предложение сделает, а теперь иди, освежись, — и толкает меня в сторону дома.

Я проскользнула в пустой дом, стараясь, так чтобы меня никто не увидел. Не знаю, чего так растрогалась, но как представила, этот момент, когда здесь все мои и его родственники, так волнительно стало, грудь сдавило, от эмоций.

Поплескав в лицо холодной водой, и немного придя в себя, я выдохнула уже спокойней. Собралась уже идти обратно, как дверь ванны приоткрылась, и зашел Стеф.

— Что случилось? — он внимательно смотрел на меня.

— Всё нормально, — улыбнулась я в ответ.

— Чего тогда ревёшь?

— Я не реву, — держу оборону.

— Элька проболталась, — догадался он, и сложил руки на груди.

— Ты о чём? — делаю невинные глазки.

— Ну, так что? Ты согласна? — игнорируя мои попытки увильнуть от ответа, спрашивает Стёпа.

Я сдаюсь.

— Конечно, я согласна, — еле сдерживаю улыбку, — но разве так просят руки и сердца? — закапризничала я.

Стеф улыбнулся, на щеках заиграли ямочки. Он вдруг медленно опустился на одно колено, и привлёк меня к себе.

— Роуз, — провибрировал его голос, и от этого проникновенного тона, у меня сжалось сердце, — ты самое прекрасное, что случалось в моей жизни! — Стеф поцеловал мою ладонь. — Мы вместе так мало, но ты словно всегда была рядом. Истинная половинка моего сердца, моей души. Без тебя я был неполноценным! Ты дополняешь меня, улучшаешь, делаешь целым. Я с первого взгляда влюбился в тебя! Я с первого взгляда полюбил! И это навсегда! — он не улыбался, а наоборот был серьёзен, и его слова пробирали насквозь. Словно строчками на сердце ложились, впечатываясь туда.

Я опустилась рядом с ним, и заглянула в зелёные глаза, обхватила ладонями колючие щёки, и прижалась лбом ко лбу.

— Стеф, я так люблю тебя, что когда просто смотрю на тебя, уже счастлива, просто от того, что осознаю, что ты есть в этом мире, — я закрываю глаза и прижимаюсь ближе. — Я сто раз согласна стать твоей женой, хоть кем, лишь бы быть только твоей!