Книга Бывшие, страница 33 – Аня Леонтьева

— Дышать… Стеф… — сиплю, и барахтаюсь, — не могу дышать!

Он медленно скатывается с меня, вытягиваясь на спине, и делаю вздох полной грудью.

Мы лежим, молча, оба слушая дыхание, друг друга. На потолке мелькают тени, и я лениво слежу за ними. Надо встать и убраться в свой номер, где я, наконец, завалюсь спать. Но так лениво двигаться. Делаю над собой усилие, нужно самой, пока он не попросил освободить номер. Сажусь, и откидываю прилипшие к шее волосы.

— Останься, Роуз, — шелестит его голос, и сердце от этой мягкой интонации сжимается, как тогда в такси. Становиться трудно, дышать, и что-то говорить. Я, не оборачиваясь, ложусь обратно, и отворачиваюсь на бок. Снова тихо плачу. Солёные слёзы скользят по щекам. Если бы он смог меня выслушать…

Одеяло накрывает мои плечи, и я только сейчас замечаю, что замёрзла. Согреваюсь и проваливаюсь в сладкий сон.

А ночью сквозь сон мне кажется, нежные прикосновения к моим плечам, и легкие поцелуи таят на моей спине. Горячее дыхание обрамляет мою кожу, тянется вдоль позвоночника. Шершавые пальцы скользят по моим изгибам, трепетно и невесомо. Не стремясь распалить страсть, не желают разбудить похоть. Они просят прощения за несдержанность и боль. Горячие губы ласкают, усмиряют обиды, дарят любовь, дарят покой. И я снова замираю, боюсь спугнуть его порыв. Наслаждаюсь трепетными движениями. Безропотно вкушаю эти ласкающие порывы.

Степа зарывается носом в мои волосы у основания шеи, и втягивает мой аромат.

— Роза, — шепчет он, — Розочка!

Я закусываю губу, и стараюсь не сбиться с ровного дыхания. Боюсь нарушить его интим. Боюсь разрушить этот миг. Он только для него. Останется только с ним. Я знаю, что не должна знать об этом, и поэтому я, молча и безмолвно, краду этот секрет. Тайну, которую он скрывает даже от себя. Он всё ещё любит, хоть и не простил.

Ухожу утром, пока он принимает душ. Быстро одеваюсь в холе, там, где и осталась на полу, моя одежда, вместе с выроненной записной книжкой и телефоном.

— Нет, этого не может быть, Стеф, ну какие дети! — возмущаюсь я, вышагивая по комнате туда-сюда. У меня была небольшая задержка, и я поделилась опасениями со Стёпой, который спокойно наблюдал за мной, сидя на кровати.

— Да успокойся, Роуз, завтра, купим тест, и все станет понятно, чего сейчас воздух сотрясать!

— Почему ты не испугался, как я? — возмутилась я. — Почему ты так спокоен?

— Что плохого в том, что ты будешь беременна?

— Ты издеваешься? — возопила я. — Ты, что не понимаешь, это очень серьёзно?

— А у нас с тобой, что в шутку? — мрачно спрашивает он.

— Нет, конечно же, нет, — спохватываюсь я, и останавливаюсь напротив, — но ребёнок, Стеф! Мы вместе полгода всего! Ещё так рано! И институт…

— Роза, — Стеф ловит меня и притягивает к себе, обнимает, — успокойся. Ребёнок, это ещё не конец света!

Я затихла в его объятиях.

— Это как тогда в самолёте, ты мне сказала, случится то, что случится, а сейчас, мы ничего не можем сделать! — воркует он надо мной.

— Ну почему же, можно загугнить, где здесь поблизости есть дежурная аптека, и сбегать туда за тестом, — не успокаиваюсь я.

— Можно, — соглашается Стёпа, — но я бы хотел, чтобы ты немного успокоилась, и подумала, представила, как это иметь ребёнка.

— Стеф, — сдавленно рычу я, и пытаюсь вырваться из его рук, но он крепче сжимает и продолжает: