Книга Неженка, страница 4 – Аня Леонтьева

— Ой, Кисуля, Егора сейчас лучше не трогать, — она бросила взгляд в гостиную.

Угу, Егора вообще трогать никогда нельзя.

— Матвей нормальный мужик…

— Блин, Алла… — начала я, вся негодуя.

— И кстати, Кисуля, ты выглядишь сногсшибательно, Евгений будет в нокауте! — добавляет Алочка, и всё моя воинственность проходит.

— Пойдём, «этот тип» уже заждался, — на кухню возвращается Матвей, и я обречённо плетусь за этой махиной.

Он галантно накидывает мне на плечи шубу, и берёт с тумбочки ключи от машины. Я хватаю сумочку из вороха пакетов, которые так и стоят на полу, и, запахнув шубку, иду за Матвеем.

Едем молча.

Я разглядываю, улицы в праздничных огнях, и не перестаю нервничать из-за этого мужчины. Хотела было извиниться за столь нелестное выражение, которым его наградила, но как не подбирала в уме слова, так и не решилась раскрыть рот.

Он словно из самой холодной глыбы льда сделан. Стылый, монолитный, каменный. Мне было с ним так не комфортно и тяжело, как не с одним человеком.

А он и вовсе на меня не смотрел. Вёл свой здоровый внедорожник, и весь был поглощен дорогой.

Ну и зачем мне такой новый год!

И что мне не сиделось дома. На мужика повелась, блин!

По супермаркету тоже ходили, молча, и быстро. Я закидывала в тележку все необходимые продукты, прикидывая быстрое меню. На кассе, Матвей, опять же молча, отодвинул меня в сторону, и расплатился, потом подхватил четыре здоровых пакета, а я засеменила за ним.

Облегчённо выдохнула, когда мы вернулись. Я поспешила на кухню, раздавать распоряжения Алочке.

2

Матвей наблюдал за кипучей работой на кухне, и охуевал!

Как это холёная фифа, накинув на себя фартук, словно фея, порхает по кухне, не боясь замарать свои наманикюрные пальцы.

И там вскоре всё зашкварчило, запыхало, запахло. Вкусно, сука!

Давно он не чувствовал запах готовившейся пищи.

Машка давно перестала готовить. Еще когда только начинали жить вместе, что-то соображала, а теперь всё по ресторанам, да по доставкам. На кухне они больше трахались, чем она готовила.

А Люба, одновременно готовила салат, что-то варила, и они ещё усевали прибухивать с Алкой.

Интересная такая бабёнка.

Смазливая, и фигура класс, есть за что прихватить, задница у неё что надо. Ноги красивые. Титьки тоже хороши, так и вздымаются над разрезом, блядского платья.

Машка стерва, динамила его целую неделю, а теперь ещё и на Бали укатила с подружками.

Сучка!

Надулась на него, что он с мужиками в баре всю ночь просидел, матч смотрели. Он вообще терпеть не мог, когда она командовать начинала. Сидит на его шее, ещё и помыкать пытается.

Но этот недотрах видимо сказывается.

Раньше у неё тоже фигура кайфная была, а сейчас совсем долбанулась со своим похудением. Матвей, когда её трахает, боится раздавить ненароком.

От Егора узнал, что это подружка его Алки, какая-то высокая начальница, карьеру строит, и решила Алка её сосватать Евгену.

Не хватает у неё времени на мужиков, видите ли. Тьфу!

Этому кобелине такую тёлку подгонять. Ему, вообще срать, с кем.

Матвей был уверен, что Любе он не понравиться. Не знал почему, но вот был уверен. Хотя когда у бабы долго нет мужика, всё может быть, не зря же она так принарядилась.

Со стола соскользнула ложка, и Люба нагнулась за ней. Платье поднялось, от наклона, показалась резинка чулок, на стройных бёдрах. Матвей аж завис.