Книга Неженка, страница 10 – Аня Леонтьева

— На живот Неженка, — командует он, оторвавшись от неё, и Люба на мгновение замирает.

Матвей видит, что она напряглась, и недолго думая, сам переворачивает её на живот, и подтягивает её ягодицы к себе, вынуждая встать её на четвереньки, и опереться на локти.

Матвей проводит рукой по её позвоночнику, и она слегка прогибается. Он склоняется над ней, и его член упирается ей в ягодицы. Матвей зарывается пальцами в её волосах, и отводит назад голову, запрокидывает и целует её плечо, потом ведёт языком, по бархатной коже, ниже, к лопаткам, к пояснице, слизывая её неповторимый аромат.

Он сжимает свободной рукой упругую грудь, и Люба выгибается, так удачно подставив бедра под его член. Матвей тянет вниз её кружевные трусики, откидывает их, и пробегает пальцами по влажной промежности.

Люба тут же застонала, подалась вся к нему, прижимаясь бёдрами.

Матвей ловко разрывает упаковку, и натягивает презерватив на свой член. Больше ждать он не может, и он до упора входит в неё. Люба вскрикивает, и сжимает его внутри, да так что он готов уже кончить.

— Блядь, Неженка, ты такая тугая, ты случаем не девственница? — пыхтит он, переводя дыхание, и снова толкается в неё.

Люба стонет, подставляя бёдра, и сама уже толкается ему на встречу. Матвей подхватывает её темп, и наращивает скорость, сжимает её ягодицы, насаживая на себя.

— Матвей! — стонет Люба. — Да! Да!

Девушка под ним бьётся и кричит, выгибается, и у Матвея рвёт крышу от этих звуков. Он рычит, и тянет её за волосы, заставляя запрокинуть голову назад, и продолжает вбиваться в тугую, узкую плоть.

— Давай кончай, Неженка, — хрипит он, слегка хлопает по ягодице, — кончай!

И Люба вскрикивает и сдавливает его в последний раз, напрягается, кайфует, выдыхает стон, и расслабляется, и Матвей тут же кончает, изливается в презерватив, но не выходит из девушки, наслаждаясь отголосками страсти.

Он наваливается сверху, немного перенеся вес на локти. Ему нравиться чувствовать её жаркое, влажное тело под собой. Он слышит сбившееся дыхание, и упирается губами ей в основание шеи, целует и вдыхает её разгорячённый аромат.

Он не кончал так лет с двадцати, когда пришел с армии, и имел Катьку, тогдашнюю подругу, во всех позах, и на всех плоскостях.

Сердце до сих пор выскакивает из груди, а член не расслабляется, всё ещё стоит.

Что за чудо баба? Просто подарок на новый год!

Он с не охотой с неё скатывается, стаскивает презерватив, с члена, откидывает его на пол. Нащупывает ещё один, и тут же надевает его. Стояк каменный.

Он поворачивается к Любе. Она так и лежит, растянувшись на животе. Голова отвёрнута. Может, уснула. Он легко пробегает по нежной коже спины, пальцы обрисовывают упругие ягодицы. Она вздрагивает, когда он оглаживает внутреннюю сторону её бедра, совсем рядом с влажными складочками, чуть касаясь их.

— Одного не пойму, — бормочет Матвей, склоняясь над ней, — как ты с такой задницей, и мужика не можешь найти?

Она шевелиться и слегка отстраняется.

Ну, ну, пусть думает, что сможет убежать.

— Ты бы мог так не выражаться, — подаёт она приглушенный голос.

— Ой, а тебя это задевает, — усмехается Матвей, и разворачивает её к себе.

Обалдеть, она, что краснеет, хотя в полумраке и не разглядишь.

— Задница, у тебя Неженка, просто отпад, — продолжает он вгонять Любу в краску, — сочня, упругая, так и драл бы тебя сзади и в зад.