Книга Раскол, страница 50 – Аня Леонтьева

— Ты хочешь? – Кир, тоже не мог лежать спокойно.

Его ладони беспрестанно поглаживали мои бёдра, поднимались на ягодицы, потом на спину, и обратно.

— Почему бы и нет, - я удобнее устроилась, понимая, что мы нескоро поднимемся, - главное вместе.

— Тогда поедем.

— Ты такой сговорчивый сейчас, - рассмеялась я, и, оттолкнувшись, села на нём. - Можно просить о чем угодно?

— Проси, - разрешил он, довольно жмуря глаза, и закинул руки за голову.

Я склонилась, раскинула полы его расстегнутой рубашки, и провела ладонями по разрисованной коже. Потом и вовсе нависла над ним, смотря прямо в глаза.

— Скажи, почему ты решил вернуться?

— Говорил, по-моему, - отозвался он, - потому что люблю тебя.

— Но ты любил меня, когда уходил. Разве нет?

— Любил. Но на тот момент себя любил больше.

— Что же изменилось?

— Я изменился,- ответил Кир.

— Ты про ранение?

— Откуда знаешь?

Я пожала плечами.

— Понятно, - Кир аккуратно ссадил меня на пол, и сел рядом.

Было видно, что тема ему неприятна, и я не стала настаивать, но Кир продолжил сам:

— Когда находишься между жизнью и смертью, начинаешь ценить простые вещи. А ещё четко понимаешь, как она коротка, и что самое ценное ты уже похерил.

Мы замолчали, погружаясь каждый в свои мысли, но кажется, думали об одном.

— Помню, после операции ко мне пришел хирург, и сказал, что у меня второй шанс на жизнь. И тогда я четко понял, что использую его по максимуму.

— Ты знаешь, я думала, что смогу без тебя, - решилась я тоже на откровение, - и мне казалось, что я справляюсь... А потом увидела тебя и поняла, что жизнь на паузе стояла...

В голову тут же пришли мысли о Никите. Скрываемая информация не давала мне покоя.

— Кир... - я села напротив него, - мне нужно тебе кое-что сказать.

Кир притянул меня к себе и зарылся носом в волосы.

— Скажи, - пробормотал он, а сам чувствительно прикусил тонкую кожу шеи, запуская дрожь в моём теле.

— Кир, - простонала я, - это серьезно...

— Я слушаю, - приглушенно отозвался он, целуя мою шею, сбивая совершенно мой настрой. Руки его заскользили вдоль моего тела, освобождая от остатков одежды.

— Кир, - я подняла его лицо, заключив его в ладони, заглянула в глаза.

Он смотрел с такой несвойственной ему нежностью, и какой-то болючей тоской, и за секунду я передумала.

Просто не смогу ему сделать больно.

Ни сейчас, не потом, никогда.

— Пообещай, что всегда дашь мне шанс, - говорю вместо признания,- выслушаешь, и постараешься понять.

Кир накрывает мои ладони своими, и тянет к своим губам, целует по очередности, обдавая горячим дыханием.

— Обещаю, красивая, - говорит он, - а ты пообещай доверять мне больше. Я никогда не подвергну опасности ни тебя, ни наших детей.

Я опустила глаза, старая вина неприятно напомнила о себе.

— Юля, - Кир, поднял моё лицо за подбородок, и вопросительно посмотрел на меня.

— Мне стыдно, Кир, - призналась я, - если бы я тогда не решала всё сгоряча и самолично, если бы…

— Хватит, Юля, - оборвал меня Кир, - мы оба виноваты.

Он притянул меня к себе, обнял, снова усадив на свои бёдра.

— Мы проведём работу над ошибками, и начнём заново.

— Мы уже начали, - улыбнулась я, вынырнув из его объятий, - и мне очень нравится, то, что выходит.

— И мне, - улыбнулся Кир в ответ, и притянул меня обратно к себе, нежно поцеловал в губы. – Ты моя, красивая, только моя.