Книга Машенька и полковник Медведев, страница 31 – Аня Леонтьева

Они даже не заметили, как я вошла, ключи на всякий случай забрала, вот только не могла предположить, что случай будет таким.

Так и оставила их в замке, и попёрлась вниз, со своими баулами.

Теперь уже точно в гостиницу.

Пока обдумывала эту мысль, набрала ещё раз Кирилла, но он так и не ответил.

На душе становилось всё тоскливее, а на улице темнее.

Ситуация, которая с утра казалась разрешимой, теперь давила тяжестью. К горлу упрямо подбирались слёзы, и обидно становилось, почему-то больше всего на Медведева, хотя, конечно, он ни сном, ни духом, но именно от его игнора было горше всего.

— Машенька?

Оборачиваюсь на знакомый голос, прерывающий мои грустные мысли.

Напротив, рядом с припаркованной машиной стоит Андрей Кольцов

— Съезжаешь? – кивает на баулы.

— Типа того, — шмыгаю носом.

— Подвезти?

Жму плечами, сдерживая слёзы.

— Ты чего, Маш?

— Да понимаешь…— и вкратце, через слёзы и всхлипывания объясняю ситуацию.

— Почему никому не сказала? К шефу не подошла? – ворчит Андрей, подходит и подхватывает сумки. – Иваныч бы в два счёта тебя устроил. Маш, у нас, вообще-то, корпоративная квартира есть.

— Да, я не знала…Куда ты тащишь мои сумки, Андрей?!

— Поехали, горемыка, переночуешь у меня.

— Да мне неудобно…— замялась я, тем не менее, семеня следом.

— Нормально, — отмахивается Андрей и закидывает мои сумки на заднее сидение машины. – Падай. Только у меня из жратвы, салат жухлый, и кефир…Учти.

— Нормально. Я не ем вечером, — выдыхаю, садясь в машину.

— Это ты зря, — Андрей садится рядом и заводит мотор. – Я бы тебя откормил.

— Андрей, давай только без подкатов, пожалуйста!

— Да видел я твоего полковника, — усмехнулся Кольцов. - Как бы он мне башню не свернул за этот жест, но бросить тебя не могу.

— Спасибо, — опять жмурюсь от слёз.

— Завязывай, — теперь морщится он. – Ничего особенного...

— Очень даже особенно, — не даю ему договорить. – Спасибо.

— Пожалуйста.

Ну вот, место ночёвки нашла, уже легче. А завтра я обязательно найду жильё.

— Эдик, ёпт, хорош дымить! Всю засаду спалишь, — рявкаю на Жданова, который в очередной раз усаживается рядом и тут же наполняет салон густым табачным смрадом.

— Прости, командир. В моём возрасте бросать уже поздно, — буднично отзывается тот. - Да и сдаётся мне, никто не появится. Весь день тут кукуем. Походу трындит подельник.

— Надо будет — будем и ночь сидеть, — пресекаю упаднические настроения, всматриваясь в проулок, где мы караулили пятый час.

Задница уже стала квадратной, спина ныла, плюс ко всему я забыл в кабинете телефон. Единственным развлечением были анекдоты Жданова — их он знал в невероятном количестве, и рассказывать не уставал.

Наводка была жирная: один из ушлёпков, которых мы взяли за инкассаторов, сдал своего кореша. После грабежа они в суматохе разделились, и когда мы первого «приземлили», тот раскололся сразу, выдав этот адрес.

— Я так понял, Кирилл Олегович, теперь ты не в тех условиях, чтобы по ночам в засадах сидеть? — хитро скалится Жданов.

— Чё это?

— Ну, ты в последнее время «прибабился», — ржёт он.

— «Прибабился»? Что за слово вообще, Эдик?

— Да ладно, командир, ты понял. Теперь не только меня жена будет пилить, что я по двое суток пропадаю на службе.

— Мечтай, Жданов, — хмыкнул я и поморщился, вспоминая, как сегодня утром хотелось послать всё к чертям и остаться в объятиях Машеньки. А следом в голове всплыла бывшая, которая в своё время вынесла мне весь мозг своими претензиями к службе. Сейчас я даже смску набрать не могу, и, как назло, номер её в голове не осел, так бы хоть от Жданова позвонил, предупредил.