Книга Позднее счастье, страница 24 – Аида Богдан

— Ой, что творится, вся деревня с самого утра гудит, все только об этом и говорят. Мужчина поймал жену с полюбовником и устроил дикий скандал прямо при больной тёще. Бедной женщине стало плохо и зятю пришлось срочно везти её в больницу.

— Вы мне уже об этом рассказывали, — равнодушно ответил Илья.

— Так ты же ещё не про всё знаешь. Там такое произошло, ужас просто, — взахлёб твердила квартирная хозяйка, картинно заламывая руки.

— И чего только этой Файке не хватало? Ведь всю жизнь как сыр в масле катается, а всё туда же, гулять от Кольки удумала. Говорят, что она с юности была такой. Оказывается и Димку своего родила не от мужа, а от какого-то Илюхи, тёзки твоего. Потом замуж быстренько выскочила, да не абы за кого, а за сына председателя сельсовета, и тем свой грех прикрыла. Зинаида своими ушами слышала весь тот скандал, от начала и до конца. И про то, что Колька взял Фаину силой, потому видать и грех её согласился прикрыть, не иначе боялся, что посадят. В те времена с этим было строго, не посмотрели бы, чей он сынок.

— Так вот оно в чём дело? — Илья был потрясён услышанным, а бабка согласно кивала головой, мол, и действительно, такое и на уши не натянешь.

— А где они сейчас?

— Кто, миленький?

— Как кто? Фая с мужем и матерью.

— Так кто же их знает? В городе наверное, там Райку враз вылечат. Колька стал большим начальником, как и отец, у него денег куры не клюют. Да только толку от этого ноль, раз жинка с другим зажимается. Ты куда, миленький? Мы же с тобой ещё не всё обсудили?

Но Илья уже бежал к дому Зинаиды, ведь только она могла знать городской адрес племянницы. Неужто Фаина и правда родила сына от него, а не от мужа? Тогда это ещё больше усугубляет её вину.

Среди деревенских сплетниц Зинаида имела вес, поскольку всё про всех знала. Не имея личной жизни, она с удовольствием совала нос в чужие дела и делала свои выводы основываясь на собственном мировоззрении и мышлении. Не зря же говорят, что каждый судит по себе?

Любой скандал, семейные дрязги или соседские склоки вызывали в ней жуткий интерес и неуёмную жажду выведать все подробности, чтобы донести их в массы. Женщина обожала разного рода скабрезности и с жаром вынюхивала, кто с кем спит, чем живёт и дышит.

Многое домысливала в силу своей узколобости, выдавая за истину в последней инстанции. Покойный супруг был не в меру слабохарактерным и она вертела им, как хотела, считая своим вечным должником за то, что когда-то выбрала себе в спутники жизни.

Когда мужа не стало, Зинка искренне его оплакивала, ещё бы, ведь она осталась одна одинёшенька. Погоревав для порядку месяц, другой, стала присматриваться к вдовым мужичкам, вместе, мол, не так скушно век коротать, но никто не желал становиться её марионеткой.

С годами характер Зинаиды стал ещё более невыносимым, хотя, казалось бы, куда ещё больше? Попасть к ней на язык побаивались многие односельчане. Раиса знала свою золовку, как облупленную, потому и испугалась, что та разнесёт новости о её дочери по всей округе.

Так и случилось. Старая сплетница за короткий срок умудрилась оповестить всех своих подружек, так же, как и она, страдающих недержанием речевого аппарата, а остальное уже доделало сарафанное радио. Прошло всего ничего, а имя Фаи полоскали по деревне на все лады.