Книга Потому что живой, страница 62 – Аида Богдан

— Дети, садитесь в машину, я устала с дороги, дома наговоритесь.

— Мама заболела, её всё время рвало, — доверительно шепнула Машенька деду на ушко, садясь на заднее сиденье, она ласково обняла его за шею, пока тот заводил машину.

— О, Господи, час от часу не легче, тебе что, не хватило ума предохраняться? Совсем с ума сошла, снова на те же грабли? — воскликнула Полина Григорьевна и тут же осеклась, натолкнувшись на предупредительный взгляд дочери.

Что и говорить, та умела так глянуть, что всё становилось понятно, без лишних слов. И всё же, хотелось бы знать, что там за папа такой и бабушка с тётей? Почему-то представилась маргинальная семейка, которые, скорее всего, пьют безбожно и курят, причём, прямо в доме.

Благовоспитанная женщина ярко представила себе эту картину и содрогнулась от отвращения, всем сердцем предчувствуя беду. Неужто Снежана связалась с уголовником? Да не дай Бог, в их семье только бывших арестантов не достаёт, для полного счастья.

Да и что скажут люди? Надо немедленно вмешаться и наставить заблудшую дочь на путь истинный, пусть не забывает, что у неё есть дети. Нет, ну надо же, стоило отпустить их одних в отпуск и вот чем всё закончилось.

Наконец, прибыли на место и поднялись в квартиру. Напряжение не спадало и только дети беззаботно скакали вокруг взрослых, задавая несчётное количество вопросов. Они были рады оказаться в привычной обстановке, хотя, в Самаре тоже чувствовали себя хорошо, особенно в гостях у бабушки Маши.

— Мам, мы пока не хотим есть, можно во дворе погулять?

— Идите, только недолго, отпускаю вас на час. Ваня, пожалуйста, следи за Машей, очень тебя прошу.

— Хорошо, мам, не волнуйся.

— А я буду следить за Ваней, чтобы не дрался ни с кем.

— Договорились.

После их ухода Снежана, наконец, заговорила о главном. Прежде чем начать обвинять родителей в чём бы то ни было, она начала сухо излагать факты, потому что желала разобраться во всём. По мере поступления информации, отец краснел и бледнел, как школьник, не зная что сказать в своё оправдание.

— В общем так, Ваня жив, дети наконец-то познакомились со своим отцом и бабушкой тоже, как бы ты, папа, ни старался это предотвратить.

— Как жив? Откуда? Его же похоронили? — повторяла шокированная мать.

— Произошла ошибка, так бывает, хотя, мне кажется, вы знали и об этом тоже.

— Нет, дочь, ты что? Я бы никогда не пошёл на то, чтобы отнять детей у родного отца, — запротестовал Романов.

— Ну ты же смог отнять у бедной женщины родных внуков? Иначе, как можно объяснить твой обман? Мария Александровна ничего о них не знала.

— В этом признаюсь, но я всего лишь хотел, чтобы ты поскорее забыла о погибшем Иване и смогла начать новую жизнь.

— А с чего ты взял, что мать Вани могла этому помешать? Она ведь так нуждалась в поддержке.

— Прости, дочь, может я не прав, но в первую очередь я думал о тебе, ведь все эти годы ты жила памятью о нём. Думаешь, я смог смириться с тем, что ты несчастлива? — с горечью произнёс мужчина.

— Да, не такой мы судьбы тебе желали, доченька, поэтому, ты не должна нас обвинять во всём. И вообще, спрашивается, где был твой Ванечка все эти годы? Почему не искал? — возмутилась мать, задав вполне резонный вопрос.

— Наверное, потому что вы очень для этого постарались, не так ли?