Книга Потому что живой, страница 1 – Аида Богдан

Нет ничего светлее и чище помыслов юности, когда уверен, что главная мечта твоей жизни сбудется, потому что перед тобой открыты все дороги и пути, а для того, чтобы получить востребованную профессию и стать успешным, нужно всего лишь хорошо окончить школу, сдать экзамены и поступить в вуз.

Остальное, как то любовь и счастье, обязательно приложится, конечно, в том случае, если будут соблюдены условия, оговоренные выше. В общем, вначале лучше добиться определённых высот, а потом уже думать о замужестве и детях.

Эту простую мысль родители внушали Снежане сызмальства. Надо сказать, она всегда была хорошей девочкой и во всём слушалась отца — полковника КГБ и мать — врача-кардиолога. Вот почему для них стало полным сюрпризом, когда дочь-выпускница наотрез отказалась от поступления в институт.

— Но это же бессмысленно? Зачем терять время? — вопрошали оба, пытаясь пробить глухую стену, выстроенную ею в одночасье.

— Вот вернётся Ванечка из армии через два года, мы с ним вместе подадим документы, — твердила девушка, характером она пошла в деда, тот тоже, если упрётся, то всё, бесполезно отговаривать.

— И чем же ты будешь заниматься, сидеть на нашей шее? Не позволю, даже и не думай, — громыхал отец.

— А я и не собиралась, пойду работать.

— Да кто тебя возьмёт? Тряпкой махать тоже надо уметь.

— Ничего, научусь, не дурнее других.

— То есть, пойдёшь поломойкой, верно я тебя понял?

— Нет, санитаркой, мне пообещали место, я уже узнавала.

— Мать, ты слышала? Она видите ли узнавала. Да если мы захотим, тебя никуда не возьмут.

— Ну, значит помру голодной смертью.

— Вот ведь упрямая, зря мы с тобой миндальничали. Это мать виновата, оберегала тебя, всё твердила: ах, она же девочка, с ней нужно ласково. Вот и доигрались, ты теперь нас ни во что не ставишь.

— Это не так, я вас очень люблю.

— Любила бы, прислушалась к нашему мнению.

— А вы почему не хотите меня слышать?

— Тьфу ты, вот заладила.

— Доченька, пожалуйста, не ломай себе жизнь. Ты же ещё не знаешь, как у вас сложится, вдруг Иван встретит другую и думать о тебе забудет? — упрашивала мать, приводя, казалось бы, железный довод.

— Точно, твой Ванька, пока ты его тут ждёшь, времени даром точно не теряет, наверняка уже завёл себе зазнобу, им всем в этом возрасте нужно только одно, — хмыкал отец.

— Не дождётесь, он у меня не такой, как все.

— Ага, не такой, пока спермотоксикоз в голову не ударит.

— Давайте на этом уже закончим? Я всё решила, не переубедите, а будете настаивать, уйду из дома.

— Кому ты нужна, кто тебя примет?

— Буду жить у родителей Вани, уверена, они не откажут.

Эта угроза возымела своё действие, её наконец оставили в покое. Отец, правда, весь вечер ворчал себе что-то под нос, гремя ящиком с инструментами. В минуты наивысшей точки кипения, он всегда брался что-нибудь починять, чтобы дать выход гневу.

Знать бы десять лет назад, чем всё закончится, увёз бы дочь подальше из этого города, ещё во младенчестве, куда-нибудь в столицу, ведь приглашали же. В общем, ни за что бы не допустил, чтобы она встретилась с этим парнем.

Что только нашла в нём? Даже имя с отчеством и фамилия самые обычные, Иванов Иван Иванович, ничего примечательного. Хотя, человека ведь любят совсем не за имя, а за нечто другое, что словами не объяснишь.