Книга Нельзя любить чужого мужа, страница 54 – Аида Богдан

— А иначе как бы я смогла убедить мужа, что жду от него ребёнка?

— Вот дуры стоеросовые, это же подсудное дело. Ну ладно ты, тетёха, но Настька-то должна была знать. Как она на это пошла? Поди денег больших потребовала за свою помощь? Ненасытная, всю жизнь хапает и ртом, и задом. Говорила я тебе, Катька, иди в медицинский, всегда при бабле будешь.

— А ещё ты говорила, что самый лучший вуз — это удачно выйти замуж.

— Ну, судя по всему, из этого вуза ты скоро вылетишь, как пробка.

— Это мы ещё посмотрим.

— Так что там с Настей, сколько ты ей в итоге заплатила?

— Мне удалось так её уломать, я пригрозила, что расскажу Борису о её любовнике, так что мне не пришлось тратиться.

— Да уж, ещё и гулящая, а строит из себя святошу, сестра моя в жизни не поверит, что её дочурка такая гадина.

— Ладно тебе мам, вечно вы с тётей Надей соперничаете.

— Чего уж там, мы теперь в одной лодке, тут не до соперничества. Тем более, что, как оказалось, ты тоже у меня недалеко от Настьки ушла.

— Перестань, я не такая, как она.

— Это-то ладно, я другого боюсь. Ты понимаешь, что если правда выплывет наружу, то вам обеим грозит срок?

— Ерунда, моё дело, хочу — подсаживаю эмбрионы, не хочу — не делаю этого, — упрямо заявила Катя, — и вообще, мам, я что-то не пойму, ты на чьей стороне?

— На твоей, дурёха, я просто не хочу носить вам с Настькой передачки на пару, когда вас отправят по этапу.

— Да кто меня посадит? Я ведь инвалид, по твоим же словам.

— Если есть за что посадить, будь уверена, посадят. В общем так, никакого суда, соглашайся на все условия мужа, пока он добрый. Пусть оплатит твоё лечение, а взамен дай ему развод. Только вам нужно заключить нотариальное соглашение.

— Но я не хочу оставаться одна, кому я такая нужна?

— Сейчас главное на ноги встать, а о мужиках потом подумаешь. Нечего было хвостом перед бывшим крутить, сейчас не пришлось бы мучиться.

— Я не крутила, он сам меня подкараулил в туалете.

— Надо было брыкаться, орать, в конце концов, звать на помощь.

— Что теперь об этом говорить? После драки кулаками не машут, как любил повторять мой свёкор.

— Ты его ещё пожалей, это ведь именно он угробил моего внука.

— Знаю, просто он был на эмоциях в тот день, услышал наш разговор с Егором возле клиники, и всё понял.

— Так вот почему ты засмеялась, узнав, что он погиб вместе с женой? А я ещё подумала, что это у тебя нервное.

— Ну, конечно, я обрадовалась, что Меч ничего не знает, но оказалось зря.

— В общем, давай разруливай с ним, если не хочешь остаться у разбитого корыта. Позвони сегодня же, скажи, что согласна на все его условия.

— Он не отвечает на мои звонки, потому что видите ли номер ему незнаком.

— Значит напиши СМС, или я сама с ним встречусь и обо всём договорюсь.

— Да, лучше ты поговори, так будет правильнее, — согласилась Катерина.

Аглая Васильевна была умной женщиной, просчитывающей наперёд все ходы, не зря она зацепилась за перспективного зятя, предпочтя его сомнительному Егору. А ещё она лелеяла надежду закадрить одинокого свата, но, увы, не удалось, к моменту женитьбы детей тот уже связался с другой.

Так что злость на Марка Львовича была обусловлена ещё и женской обидой, а не только аварией, из-за которой Катюша оказалась прикована к больничной койке на долгие месяцы. Оставалось надеяться, что это временно, и дочь ещё сможет встать на ноги, но для этого необходимо заключить с зятем перемирие.