Книга Нельзя любить чужого мужа, страница 51 – Аида Богдан

Как знать, может несчастный случай изменил её мировоззрение? Она чудом избежала смерти, что говорит о многом. Остаётся надеяться, что для неё это хоть что-то, да значит. Меч до последнего верил, что так всё и будет, но увы, зря.

— Ты почему не отвечал на мои звонки? — с упрёком спросила молодая женщина, не выдержав затянувшейся паузы. — Вчера не пришёл, сегодня тянул до последнего, я уж думала, что снова не появишься.

— Вчера у меня были другие дела, а на звонки с незнакомых номеров я не отвечаю.

— Вот как? И что же это за дела такие, что оказались важнее меня? Или я теперь побоку? Так ты скажи, чтобы я не ждала тебя понапрасну и не терзала телефон.

— Насколько мне известно, врач запретил давать тебе мобильный, чтобы избежать ненужных эксцессов. Кто нарушил его запрет и принёс тебе аппарат?

— Мама, похоже, она единственная, кто обо мне по-настоящему беспокоится. Правильно, кому я нужна кроме неё в таком беспомощном состоянии? — с горечью произнесла Катерина, пытаясь надавить на жалость.

— Перестань нести чушь, всё то время, что ты пробыла в больнице, я навещал тебя каждый день и подолгу проводил возле твоей постели. Не знаю, стал бы я так упорствовать, зная всю правду.

— Ты это о чём? — похолодела Катя, покрываясь мурашками, в горле сдавило от страха.

— Ты мне расскажи, хотелось бы услышать из первых уст.

— Я не понимаю, чего ты от меня хочешь?

— Начни по порядку, расскажи, как ты оказалась в машине моего отца? В тот день ты не собиралась никуда ехать, насколько я помню.

— Пытаешься обвинить меня в том, что произошло? Не выйдет, если кто и виноват, то это твой отец, он угробил нашего ребёнка и чуть меня не убил, — гневно воскликнула Катя, — уж прости, что к твоему прискорбию я осталась жива, не дала освобождения для новой жизни. Или ты думаешь, я не поняла, что у тебя кто-то появился за время моего вынужденного сна?

— Хорошо, давай по-другому. У меня действительно есть другая женщина, и я хочу быть с ней, так уж вышло, извини.

— Нормально, ты так говоришь, как будто одного извинения достаточно. А что будет со мной, калекой? Так и скажи, что боишься трудностей.

— Дело вовсе не в этом, я буду по-прежнему оплачивать твоё лечение и сделаю всё возможное, чтобы ты встала на ноги, но оставаться твоим мужем я не хочу.

— Значит, ты собираешься развестись? Неужто бросишь меня в таком состоянии? Что с тобой стало, Меч? Ты же всегда был порядочным человеком и не терпел несправедливости. Куда делась твоя принципиальность?

— Растворилась в твоей нескончаемой лжи, Катенька. Я всё ещё жду признаний от тебя, но похоже, что ты не собираешься освещать некоторые факты из своей биографии. Я прав?

— Снова переводишь стрелки? Очень удобно, не так ли? Но ведь это ты изменил мне, пока я боролась со смертью.

— Не отрицаю, да, я скотина. Но знаешь, в свете открывшихся обстоятельств, я теперь понимаю, что случившееся со мной было предопределено. Видно тот, кто отвечает за баланс в этом мире, сжалился, и сделал всё, чтобы прекратить мои мучения.

— Боже, сколько пафоса, бедняжка Мечеслав. Мучения толкнули его в объятия какой-то вертихвостки, гоняющейся за деньгами.

— Она никакая не вертихвостка, и, в отличие от некоторых, не говорит гадостей, к тому же не хочет, чтобы я с тобой разводился.