Книга Малышки-дочки для потеряшки-папы, страница 24 – Диана Фад

Они уже переоделись в домашние новые платья, но боевой раскрас из блёсток ещё остался. Плюс добавился шоколад на губах от конфет.

— А теперь налязать! — радостно заявляют нам.

— О господи, — стонет мама.

— У меня дела, — вскакивает папа, и мы смотрим на него удивлённо. — Баню пойду топить.

И убегает, а я обречённо смотрю на коробку.

— Папа! — топает ногой явно Вика. — Ёлку налязать!

Слежу за елкой, как мелькают то тут, то там любопытные и довольные мордочки.

— Раз хорек… Два хорек… А нет, этот уже был.

Меня выселили в гостиную. Папа с мамой заняли мою комнату, решив, что я на одной большой кровати слишком жирно устроился. Комнату Алены я трогать не рискнул, и так у человека весь дом уже заселили. Поэтому я разложил диван, постелил и улегся. Мама должна была укладывать девочек, а я лежу, смотрю на мигающую огоньками елку и наблюдаю за хорьками. Они решили, что это теперь их дерево, и обследовали его снизу вверх и обратно. Теперь мелькают то там, то тут. Хочу понять их цель этого хаотичного движения, но не удается.

— Пап, ты спишь? — ко мне в комнату заглядывают дочки.

— Уже нет или еще нет, — хмуро отвечаю им, но тут же улыбаюсь.

Девчонки такие смешные в одинаковых пижамках. Розового цвета из искусственного меха. У них капюшоны с ушками и белый кармашек на животе.

— А бабушка где? — спрашиваю их, когда они залезают ко мне на диван и устраиваются по бокам, нырнув под одеяло.

— Она уснула, а мы никак не мозем, — признается Вика, скорее всего она, потому что я понял, Аня чаще молчит. — Мы с тобой полезим?

— Спрашивать надо до, а не после, — зеваю я.

— Ласскази нам сказку.

— Я⁈

— А кто? — искреннее удивление на их лицах заставляет меня задуматься, и правда некому, бабушка вышла из строя.

— А дед?

— Он уже хлапит.

— Ясно. Ладно.

В голову ничего не приходит путного, все сказки вылетели и не идут обратно.

— Жили-были два хорька, — начинаю я. — И вот за пару дней до Нового года в их доме появилась елка.

Дочки притихли. Слушают, а я наблюдаю за хорьками.

— И решили они эту елку исследовать. Залезли, потрогали лапкой сверкающие игрушки, потом пожевали дождик, куснули мигающую лампочку…

Глаза захлопнулись сами собой, и я утек в нирвану, откуда меня безжалостно выдернули возмущенные детские голоса.

— Пап, а дальше что? — теребила меня за плечо Вика.

— Где?

— Ну в сказке?

— Какой?

— Про хольков.

— А продолжение завтра.

Все, сон меня победил. Последнее слабое звено в этом доме отбросило копыта.

Утром я проснулся один и думал еще поваляться, пока не наступил новый день с его невыполнимыми задачами. Но не тут-то было.

— Проснулся? — выглянула мама из кухни. — Снег надо почистить.

— А я тут при чем? — искренне удивился я, потягиваясь.

— А кто? — в свою очередь возмутилась мама. — За ночь так намело, что из дома не выйти.

— Ну и ладно, будем здесь сидеть, — согласился я, прислушиваясь к тишине в доме.

— Сейчас привезут завтрак и обед с ужином, а кто за ним пойдет к машине?

— Может, ты сама уже что-нибудь приготовишь? — предложил я. — Не всё же время ваша кухарка будет нам еду отправлять.

— Я⁈ — сделала круглыми глаза мама. — Федя, вставай!

Понятно, аргументы кончились, сослаться на болезнь тоже не получится. Чувствовал я себя довольно превосходно.

— А где все?