Книга Пышка-горничная по обмену, страница 15 – Надежда Олешкевич

Глава 8

Я смотрю на него. Он смотрит на меня.

Петр делает вид, что его тут нет. Водитель - тоже.

— Хорошо, - говорю я. - Обсудим.

Мы заезжаем к Александру домой. Направляемся в квартиру на пятнадцатом этаже, где все началось.

Петр остается внизу, сообщив, что подождет там. Александр ведет меня наверх, и лифт кажется космическим кораблем, утаскивающим нас к самим звездам.

— Ты забыла у меня часть своего костюма, - говорит мужчина, когда мы заходим.

— Думаю, это не самое большое упущение, - оглядываюсь. - Оставь на память. Или продай с подписью «Фартук горничной, б/у, с особой историей».

— Забери, - он улыбается краем губ.

Я прохожу в гостиную. Все та же стеклянная роскошь, те же панорамные окна. На кухонном островке - идеальный порядок. Я вчера постаралась.

— Тебе понравилась встреча с родителями? - спрашиваю, чтобы что-то сказать.

— Да, вполне, - он снимает пиджак, вешает на спинку стула. - Маме ты пришлась по душе. Особенно когда сказала, что тоже хочешь попробовать делать свечи.

— Я правда хочу, - пожимаю плечами. - Но работа не позволяет, ведь на это нужно время и свободные средства.

— А про Алину... - он качает головой. - Ты была великолепна. Я многое услышал.

— И ничего не сказал?

— А зачем? Ты справилась лучше, чем я мог представить.

Я опираюсь боком о столешницу. Чувствую себя уверенно. Почти спокойно. Это всего лишь сделка, да? Почти законченная сделка, и нужно будет уйти, вот-вот оставить эту историю позади, забыть...

— У меня есть к тебе еще одно предложение, - говорит Александр и почему-то начинает расстегивать пуговицы на рубашке. - Но уже не деловое.

Я замираю.

Он кладет рубашку на спинку стула. Остается в одних брюках. Подходит ближе.

— И я не стану за него платить, - его голос становится ниже. - Потому что это не сделка. Это...

Он упирается руками по обе стороны от меня, на столешницу. Я инстинктивно отстраняюсь, упираюсь локтями в гранит.

Между нами - сантиметры.

— Твой наряд не дает мне покоя, - шепчет он. - Целый день смотрю на тебя и... возбуждает, знаешь ли. Так сильно, что только и думал, как поскорее тебя оттуда увезти.

— Александр...

— Я никогда не встречал настолько находчивых девушек, - он не дает мне договорить. - Ты не стесняешься, не пасуешь, не плачешь. Ты просто... берешь и делаешь. Штаны сушишь, пуговицы пришиваешь, галстуки завязываешь. И при этом выглядишь так, будто вышла с обложки.

— С обложки журнала «Домохозяйка года»? - пытаюсь пошутить, но голос садится.

— Не важно, - он наклоняется ближе. - Ты мне нравишься, Лена. Не как случайная сделка. Не как «невеста на час». Как женщина.

— А как же самолет? - шепчу я.

— Я уже в который раз хочу отменить все, только чтобы... - он срывается. - Черт, Лена, ты невероятная.

И целует.

Горячо. Требовательно. Так, что у меня подкашиваются колени, и я хватаюсь за его плечи, чтобы не упасть.

Мужчина подхватывает меня под ягодицы, сажает на столешницу. Холодный гранит контрастирует с жаром чужого тела. Его руки блуждают по моей спине, по талии, зарываются в волосы.

Я отвечаю. Забываю, что это сделка. Забываю, что мы почти не знакомы. Забываю все, кроме вкуса его губ и запаха парфюма.

— Босс! - раздается за дверью голос Петра. - Босс, нам пора! Рейс через два часа, нужно ехать!