Книга Измена. Вернуть свою жизнь, страница 37 – Ирина Манаева

— Завтра рано вставать, — пытается увильнуть. И нет бы ухватиться мне за эту идею, только какого-то чёрта ищу выход из ситуации.

— Если поздно, у нас останешься, я тебе в гостевой комнате постелю.

Она была моей подругой, пока я всё не испортила. Негласно присутствовала в жизни потом, а теперь снова появилась. Может, неспроста?

— Я бы тебя пригласила к себе, — отвечает на это, — но у нас зал, спальня, гостиная и гостевая в одной комнате. Хорошо еще, что ванная с туалетом отдельно.

Смеюсь шутке, потому что это была именно она, ведь так?

— Ладно, если не хочешь… — решаю отпрыгнуть в кусты, но она уже настроилась.

— Поехали.

На долю секунды мешкаю, а потом выруливаю на дорогу, где машин уже на порядок меньше. Зачем я пригласила её, когда можно было просто посидеть в кафе? Но уже есть, что есть.

— Интересно, что я зашла именно в этот магазин, — будто размышляю сама с собой. — Так бы могли не встретиться.

— Я знакомую подменяла, она заболела, попросила выйти. Так что да, это судьба!

Слова безэмоциональны, будто ей всё равно, куда везут и зачем. И больше всего на свете сейчас мне бы хотелось забраться в её голову.

Еду в машине врага в её дом. Да, когда-то Аська была подругой, только до сих пор не могу отпустить ситуацию. Казалось бы, кто старое помянет…

Знала о её успехах и старалась просто об этом не думать. Вычеркнуть из жизни, только отчего-то она нас опять свела.

Прошло десять лет. Кажется, я считала каждый чёртов год. И теперь она здесь.

Конечно, я узнала её сразу. Ещё когда она только подошла к очереди. Только просто сбежать с кассы не могла. И так есть пара выговоров, не хватало ещё, чтобы меня уволили.

Набираю смс матери, которая привыкла, что я никогда не задерживаюсь после работы. Курсирую по маршруту магазин-дом. Добро пожаловать в День сурка.

Какое-то время едем молча, и эта повисшая пауза давит. Не знаю, зачем вообще согласилась с ней поехать, наши дороги давно разошлись.

— Знаешь, Оль, если бы мы могли отмотать все назад, — начинает Аська.

— Хочешь сказать, что все было бы по-другому? — перебиваю её. Голос ровный и спокойный, а внутри начинает подниматься буря. Ну давай, выскажи ей всё, думаешь!

— Я не знаю, — отзывается Аська, — вернее, я бы не хотела больше так поступать, понимаешь? Мы были детьми, и…

— Семнадцать, — напоминаю. — Семнадцать лет. Вряд ли это то же самое, что шесть.

Она смотрит на дорогу, а я решаю закопать этот чёртов топор.

— Всё в прошлом, Аська, — говорю всё тем же ровным голосом. — Сейчас верю в судьбу, — пожимаю плечами, смотря, как мимо идут люди и мелькают дома. — У каждого свое предназначение.

— Ты так считаешь?

— Да.

Или нет? Я устала с собой договариваться.

Раньше часто размышляла, как сложилась бы жизнь, окажись я на том конкурсе. Представляла себя знаменитой пианисткой, разъезжающей с гастролями по России, а может и за рубежом. Счастливой женой в красивом уютном доме, хорошей матерью. Да, я представляла себя на месте Аськи!

Возможно, ничего этого бы не случилось, и я всё так же жила бы с матерью и ездила на эту чёртову работу, но надежда была! Надежда оставалась, и это тянуло вниз. Тяжесть воспоминаний с годами стиралась, я оградила себя от любых упоминаний про Аську, заставила себя ненавидеть её, чтобы случайно в порыве не простить. Поначалу злилась, потом злость прошла и появилось безразличие. На смену детским мечтам — взрослая жизнь.