Книга Дом на берегу, страница 71 – Литтмегалина

— Тсс, – предупредил он меня как-то, когда я вошла в комнату.

Жюстина сидела у него на плече. И тогда мне стала ясна причина его преображения. Годами Колин жил под гнетом восприятия себя как чудовища, убежденный, что симпатию к нему могут проявлять только по неосведомленности. Наконец-то он дождался, когда кто-то (пусть всего лишь гувернантка и канарейка) симпатизировал ему такому, какой он есть.

Все как будто бы нормализовалось, и я привыкла к тревоге. Но фальшивый покой не продлился долго. Очередной кошмар начался обыденно: я спустилась в кухню и увидела миссис Пибоди, сидящую за столом, спиной ко мне.

Она не оглянулась, хотя должна была слышать мои шаги, и я позвала ее:

— Миссис Пибоди…

Когда она не откликнулась, я обошла стол и посмотрела на нее. Миссис Пибоди плакала. Слезы были такими жгучими, что все ее лицо опухло и покраснело от них.

— Что случилось? – тихо спросила я.

Миссис Пибоди подняла на меня страдальческий взгляд. Я прочла в нем страх, удивление и… обреченность. Она все знала уже давно. Просто до сих пор ей удавалось не признаваться себе в этом.

— Грэм Джоб… трубы в подвале старые… над одной из них земля начала мокнуть. Тогда, чтобы залатать трубу, Грэм Джоб разрыл землю …

Она запнулась, но я не нуждалась в пояснении, что именно Грэм Джоб нашел в подвале.

— Я умоляла его молчать, но его как прорвало, и…

Хмыканье подошедшего Леонарда прозвучало в тишине отчетливо и резко, как удар хлыста. Он встал, облокотившись о дверной проем:

— Беседуете, дамочки? Что обсуждаете – юбки, нитки, папильотки?

— Вы… – с нажимом произнесла миссис Пибоди, тяжело поднимаясь. Двигаясь заторможенно, как сомнамбула, она развернулась к Леонарду. – Вы убили его!

— Не стану же я терпеть слугу, разговаривающего со мной в таком тоне, – усмехнулся Леонард.

Миссис Пибоди продолжала наступать на него.

— Не надо, – я схватила ее за руку.

Миссис Пибоди вырвалась. Леонард все еще усмехался, но выражение его лица моментально изменилось, когда миссис Пибоди толкнула его в грудь ладонями.

— Убийца! Колдун! – закричала она, и ее слова потонули во всхлипе, когда Леонард ударил ее. Очки миссис Пибоди пролетели через всю кухню и звякнули, разбиваясь о плиточный пол. Полуслепая, миссис Пибоди продолжала наступать на Леонарда с отвагой обезумевшего существа (пока все это происходило, мне было не до размышлений, но после я предположила, что Грэм Джоб был ей дороже, чем она это показывала).

Я вцепилась в нее, пытаясь оттащить подальше от безжалостных кулаков Леонарда, и, когда Леонард толкнул миссис Пибоди, мне удалось пусть не остановить, но хотя бы замедлить ее падение. Когда я наклонилась к плачущей, растерзанной старухе, во мне точно что-то сдвинулось. Я зашипела громко, как разъяренная кошка:

— Тоже мне, властелин мира! Избивающий кухарок!

Леонард подступил ко мне, но тут в кухню вплыла Натали, весело помахивающая полупустой винной бутылкой. Оглядев поле боя, она уперла одну руку в бок и сказала с ослепительной улыбкой:

— Развлекаешься, Леонард? Сильный мальчик, всех побил в этой детской, а ведь тебе едва тридцать стукнуло.

Леонард помрачнел, опуская руки.

— Ты мне не мамочка, чтобы следить за моим поведением, Натали.

— Да, я тебе не мамочка, – согласилась Натали и, когда Леонард развернулся к двери, звонко шлепнула его по заду.