Онлайн книга «Год дурака»
|
— Все из-за вас, вы, святая троица, – прошипела она, отдергивая руку. – Не попадайтесь мне на глаза! И, резко развернувшись, она удалилась широкими шагами. Вечером состоялась грандиозная попойка, и некоторые увлеклись настолько, что позже их пришлось в бесчувственном состоянии погрузить в автобус. Айтишники натянули на себя «сокровища» и сразу залили их пивом. Диана как ни в чем не бывало болтала с Лешей, да и Аня заметно повеселела, пусть и не скрыв свою сыпь под слоем пудры, но хотя бы сделав ее менее заметной. Под ручку она держала свою подружку Дану, и периодически они дружно заливались смехом. Самсон Петрович танцевал, выплескивая на окружающих содержимое своего бокала. Ирина же отсиживалась в домике, сославшись на головную боль после беготни на солнце. Мне все же довелось увидеть ее, когда, привлеченная чей-то заунывной песней, я вышла к ее домику. На бревнышке прямо под Ирининым окном сидел пьяный Данила и, эмоционально закатывая глаза, во всю мощь своих легких пел: — Возьми моё сердце, Возьми мою ду-ушу, Я так одинок в этот час, Что хочу умере-е-еть… — Да заткнись ты уже! – высунулась из окна голова Ирины. Даже в слабом свете, исходящем от тусклой лампочки над крылечком, было заметно, что после соприкосновения с ряской и тиной ее обесцвеченные волосы приобрели выраженный зеленый оттенок. Окинув Ирину туманным от винных паров взглядом, Данила отошел на десять шагов и меланхолично продолжил: — Мне некуда деться, Свой мир я разруши-и-ил, По мне плачет только свеча На холодной заре-е-е… [10] — Передай Ане, чтобы принесла еды, – сердито приказала мне Ирина и захлопнула ставни. Я вернулась к остальным, которые так громко разговаривали и смеялись, что я едва могла расслышать собственные мысли. Только Роланд, одинокий и печальный, как призрак, белел среди деревьев. Он так и не смог приспособиться к праздности, бессмысленной и беспощадной. На мне было выбранное Алей желтое платье, которое делало меня очень симпатичной даже в собственных глазах, и, наверное, поэтому меня вдруг охватила решимость. («Давай, срази его своим очарованием», – небрежно похлопывая помпоном по своей голой ноге, подбодрила меня одна из чирлидерш. У нее были черные волнистые волосы и синие глаза. Я решила, что ее зовут Джессика). Нерешительно приблизившись, я заглянула в дымчатые глаза Роланда. — Ярослав Борисович, – прошептала я, – в нашем отделе возникла проблема в связи с нехваткой канцелярских принадлежностей, а наша руководительница Ирина, к сожалению, очень загружена, и я не решаюсь обратиться к ней. На Роланда как будто плеснули живой водой. Во всяком случае, свой планшет он достал очень живо. — Мы могли бы оформить заказ прямо сейчас. — Это было бы чудесно. Нам столько всего нужно. Даже точилки для карандашей. Он уже водил кончиком пальца по экрану, раскрывая страницы. — Вы определились с маркой? — Давайте посмотрим весь ассортимент, – выдохнула я в стиле Мэрилин Монро, и в этот момент мы с Роландом стали немного ближе друг к другу. Мы провели восхитительных два с половиной часа, выбирая карандаши, и ручки, и папки для бумаг. Мимо нас то и дело сновала Аня с тарелками – видимо, у Ирины на нервной почве открылся жор. — А я вас помню… Анастасия? — София. — Ах да, София… точно. Сейчас мне припомнилась Анастасия. Беспардонная особа. Столько раз ставила меня в неудобное положение. |