Книга Синие цветы I: Анна, страница 178 – Литтмегалина

— Я сказал, не привлекай к нашему маленькому делу мою совесть, она здесь ни при чем.

— А, ты скрыл от нее происходящее, понятно, – взбодрилась я.

Откинувшись на спинку кресла, Дьобулус изящным движением положил ногу на ногу.

— В любом случае я полагал, что меня уже отчитали.

— Кто? – удивилась я.

— Науэль.

— Когда? – еще больше удивилась я.

— Он пришел, размахивая котом.

Вероятно, это случилось сразу после оскорбительного наезда, что я должна уважать себя.

— А, понятно.

— Что ж, это было впечатляюще, но, если ты закончила, мне нужно приступить к оценке нанесенного тобой ущерба, – Дьобулус попытался сдвинуть меня, но я судорожно вцепилась в край стола.

— Еще что-то? – он поднял брови.

— Я жду извинений.

— Это тебя удовлетворит? – Дьобулус едва ли не в открытую смеялся над моим требованием, но, как ни странно, впервые выглядел вполне дружелюбным.

Я насторожилась.

— Ожидание само по себе – нет. Твое извинение… вряд ли, но я считаю его обязательным.

— Правильно, начала наглеть – так уж наглей по максимуму, – фыркнул Дьобулус и сложил пальцы домиком. Вот это маникюр, никто в целом мире не следит за своими руками тщательнее. Как бедняга Микель еще не начал красить губы в такой компании? – Хорошо. Признаюсь: возможно, я оценил тебя неверно и, как следствие, относился к тебе неправильно. Значит, мне следует узнать тебя лучше. Как насчет сходить куда-нибудь и пообщаться?

— Возможно, – я спустила ноги с края стола. – Возможно, я подумаю над твоим предложением – завтра, или послезавтра, или через неделю. А если озвучить мой настрой на данный момент – иди ты в задницу.

Захлопывая дверь, я услышала смех Дьобулуса. Да уж, после стычки с ним мне казалось, что оскорбить Науэля – плевое дело. А с Дьобулуса все мои ругательства скатились, как дождевые капли с гуся, и – запоздало дошло до меня – он так и не извинился. Хотя не рассчитывала же я всерьез, что смогу с ним тягаться? Все же мне стало легче, достаточно для того, чтобы дожить до утра. После череды переживаний я радостно отключилась – едва положив голову на подушку, не успев даже потревожиться о том, какие гадости привидятся мне этой ночью.

Утром я долго лежала в полудреме, не желая вспоминать вчерашний день и встречать сегодняшний, но стоило мне перевернуться с одного бока на другой, как я услышала голос, мгновенно меня пробудивший:

— Доброе утро.

— Что ты здесь делаешь? – зашипела я, высунув лохматую голову из-под одеяла.

— Может быть, охраняю покой твоего сна, – предположил Дьобулус. Он сидел в кресле, поставив локоть на подлокотник, и покачивал ногой, обтянутой безупречно отглаженной брючиной.

— Скорее уж нагоняешь кошмары, – я уползла обратно под одеяло.

— Этой ночью ты не видела ни одного.

— Значит, ты не так всемогущ, как можно подумать.

— Вижу, ты не повеселела к утру.

— Повеселею на твоих похоронах, – пообещала я. Не то чтобы я действительно была зла на него, да и вообще спросонья сложно сердиться, но интуиция подсказывала мне, что некоторое время лучше побыть с Дьобулусом жесткой.

— Ты так неаккуратно разбросала свои вещи. Мне пришлось их сложить.

— Не прикидывайся горничной. Ролевые игры меня не интересуют.

Дьобулус вздохнул.

— Где ты набралась таких шуток?

— Забыл, с кем я общаюсь?

— Ах да, с моим мальчиком кто угодно научится язвить, если не будет растворен заживо прежде. Так что насчет моего приглашения?