Книга Отпусти меня, страница 166 – Литтмегалина

Вечная суета на работе помогала Надишь отвлечься, хотя и в больнице атмосфера, изначально не благостная, становилась все более взвинченной. Ровеннцы продолжали подвергаться внезапным нападениям то здесь, то там в пределах всего Радамунда, и на данном этапе едва ли кто-то среди врачей еще надеялся, что волна агрессии схлынет. Кшаан, и без того не будучи для них безопасным, стремительно превращался в место повышенной угрозы. Врачи не обсуждали сложившуюся ситуацию с кшаанским персоналом, однако шепотом делились последними криминальными новостями друг с другом, и уж тут-то медсестры, которые всегда находились где-то поблизости, подхватывали и разносили дальше. Передаваясь из уст в уста, инциденты обрастали все новыми леденящими душу подробностями.

В четверг за обедом Надишь выслушала парочку таких историй от Аиши.

— А потом они сняли с него кожу, представляешь? Прямо там, на месте… — завершила Аиша.

Брови Надишь, и без того вот уже пять минут не слезающие со лба, поднялись еще выше.

— Ты в это веришь, Аиша?

— Вот конкретно в это, может, и нет, — призналась Аиша. — Все-таки свежевать кого-то посреди улицы — так себе затея. Да только ровеннцев же действительно убивают, факт… Вот разбегутся от нас все доктора, что делать-то будем? Моя подруга — мы с ней в училище познакомились — говорит, что в их больнице уже треть врачей разъехалась. У нас еще ничего. Ясень всех держит.

Надишь рассеянно кивнула. Периодически, на этой неделе уже дважды, Ясень отлучался в кабинет при ординаторской, чтобы поговорить в приватной обстановке с очередным врачом, пожелавшим покинуть Кшаан как можно скорее. Вопреки уверениям Ясеня, что уговоры — это не его профиль, ему все же как-то удавалось убедить их остаться (единственным исключением стал гастроэнтеролог, переубеждать которого Ясень просто не стал). Впрочем, если и был контингент, с которым Ясень прекрасно ладил, так это врачи. В отличие от медсестер и санитаров, которым запросто могло прилететь от него публично, с врачами он был корректен и сдержан. Если у него и возникали к кому-то претензии, то высказывались они с глазу на глаз. Учитывая, каким ценным ресурсом являлся высший медицинский персонал в Кшаане, Ясень придерживался правильной стратегии.

— Ты бы уже съела что-нибудь, — бросив взгляд на часы, посоветовала Аиша. — Пятнадцать минут сидишь над полной тарелкой.

— Пятнадцать минут! — подскочила Надишь. — Я должна бежать! Меня же Ясень придушит!

Она была поражена, застав в хирургическом кабинете Нанежу.

— Я сдала кровь и сдам еще кровь. Сколько хотите, — ворковала Нанежа, умильно глядя на Ясеня.

— Есть регламент, — буркнул Ясень, не прекращая делать записи в амбулаторной карте.

— Ради вас я готова нарушить регламент, — выдохнула Нанежа.

— Давай — ради меня — ты будешь его соблюдать, — бросил Ясень и резко встал, заметив Надишь. — Ты объявилась, прекрасно. Нам надо спешить.

— Что это было? — спросила Надишь по пути в операционный блок.

— Я не знаю. В последние дни я вижу ее повсюду. Вчера поджидала меня прямо на парковке.

— Ты всегда ей нравился.

— А я всегда считал ее несколько туповатой. Я бы вышвырнул ее из хирургического отделения даже в том случае, если бы не хотел видеть тебя на ее месте. Впрочем, в педиатрии она посредственно, но справляется.