Книга Отпусти меня, страница 151 – Литтмегалина

Почти час пролетел, а никто и не заметил. Внезапно тон Ясеня изменился.

— Теперь, когда у нас осталось совсем немного времени, мы поговорим о крови, — Ясень кивнул своему помощнику за проектором, и на экране появился очередной слайд — срез гигантского кровеносного сосуда, из которого фонтаном выплескивалось содержимое, где особенно выделялись напоминающие формой курагу красные кровяные тельца. — Кровь состоит из четырех компонентов: эритроцитов, лейкоцитов, тромбоцитов и плазмы…

Последовало разъяснение, за какие процессы отвечает каждая разновидность клеток крови.

— Взятие донорской крови является стандартной процедурой и обычно производится в количестве 450 миллилитров, — сменил тему Ясень. — Хотя некоторые доноры регулярно делятся кровью в течение десятка и более лет, наукой не зафиксировано ни единого случая, когда это привело бы к личностной деформации. Моя группа крови — первая отрицательная, что теоретически делает ее пригодной для переливания любому пациенту. Она очень востребована. С тех пор, как я прибыл в Кшаан шесть с половиной лет назад, я сдаю кровь пять раз в год. Я делал бы это чаще, но это не позволено законодательством. Если вам кажется, что я растерял себя, что моя личность поблекла в результате частых кровопусканий, что я стал менее доставучим и раздражающим, уведомите меня, и я начну работать над собой.

Кто-то из присутствующих нервно прыснул. Однако едва ли хоть один из них счел Ясеня недостаточно доставучим.

— А сейчас, по итогу услышанного, спросите себя: если рассматривать душу как совокупность наших воззрений, воспоминаний и мыслей, то где, по-вашему, она с большей вероятностью находится — в крови или в мозге? У вас ровно минута, чтобы это обдумать.

Свет проектора внезапно погас, оставив аудиторию в полной темноте. Только слышалось, как часы на стене отщелкивают секунды. Затем экран снова осветился.

— Минута истекла, — Ясень окинул аудиторию взглядом. — Сейчас я предлагаю тем, кто успешно локализовал душу в мозге, разорвать свое заявление на увольнение — пока я еще предоставляю такую возможность. Кто готов сделать это первым?

В затемненном зале стояла напряженная тишина. Бунтари нерешительно оглядывали друг друга. Никто не решался встать. Тогда это сделала Надишь.

— Я готова! — объявила она и решительно прошла к экрану. Свет из проектора раскрасил ее медсестринскую униформу. Красные кровяные тельца, белые кровяные тельца.

Ясень протянул ей первый подвернувшийся лист, и Надишь пафосно разорвала его в клочья, надеясь, что это не чьи-то очень важные записи.

— О чем я только думала? — сказала она. — Ведь уже сегодня я могла остаться без работы!

Несколько человек все-таки решились последовать ее примеру, что, в свою очередь, спровоцировало цепную реакцию. Десять минут спустя пол покрылся обрывками бумаги, а от стопки заявлений остались всего-то два листика — от самых твердолобых.

Ясень подписал эти заявления позже, за столом в своем кабинете. Он не стал припаивать уходящим дисциплинарное взыскание, но и рекомендаций не выдал, что сильно усложнило поиск работы в другой клинике.

— Потому что глупость должна быть наказуема, — пояснил он. — Я нас поздравляю. Мы справились.

— Мне понравилась твоя лекция. Из тебя бы получился отличный университетский преподаватель.