Книга Развод. Я ухожу из твоей жизни, страница 52 – Даша Черничная

Хорошо, что ночью мы проделывали это все в моей спальне, — она последняя по коридору, и нас никто не должен был слышать, хотя мы старались вести себя тихо.

Не открывая глаз, переношу руку себе за спину, чтобы нащупать Гришу, но вместо этого ладонь ложится на холодную подушку.

Распахиваю глаза и резко сажусь, прижимаю к груди простынь. Моргаю, пытаясь навести фокус, и осматриваюсь.

Гриши нет, как и его вещей.

На долю секунды задумываюсь: а был ли он вообще? Может, случившееся — проделки воображения и очень реалистичный сон?

Конечно, это не так, и если чуть внимательнее присмотреться, то понятно, что на второй половине кровати спали, да и ощущения тела не сымитировать и не подделать.

Растерянная, я поднимаюсь с постели и иду в душ, становлюсь под горячие капли, намыливаю себя. В голове гадюками мысли и недопонимание.

Но потом я задумываюсь — а что, собственно дальше? Как быть и что делать? Был ли это секс прощальным или воссоединительным?

Конечно, так это не решается. Мало просто поддаться порыву и все решить спонтанным трахом, но ведь произошедшее может послужить началом чего-то нового, ведь правда?

Переодеваюсь в теплый спортивный костюм, немного прихорашиваюсь, крашу ресницы и прохожусь по щекам румянами.

В отражении свежая и отдохнувшая я, так и не скажешь, что спала всего пару часов.

В ожидании встречи с Гришей спускаюсь в гостиную, но тут только Ульяна с Максом.

— Доброе утро! — здороваюсь бодро.

Уля, увидев меня, улыбается виновато.

— О, Настюш, привет! А мы думали, ты позже проснешься.

— Выспалась, — пожимаю плечами и сажусь рядом с Улей. — А где остальные?

— Пойду кофе сварю, — Максим смывается на кухню, тактично оставляя нас наедине.

— Так что там, куда все делись?

Подруга мой взгляд не выдерживает, отводит его.

— Насть, Гриша с Арсением сорвались рано утром.

— Куда? Что-то случилось? — нахмуриваюсь.

— Я толком не поняла, — Уля опускает глаза в пол. — Как-то связано с Авророй.

Каменею. Я сейчас все правильно поняла?

— Грише рано утром позвонили из больницы. Я не до конца уяснила, что происходит, но его попросили приехать, вот он и поднял Арсения.

— Понятно, — произношу заторможенно.

После ночи со мной он уехал к своей первой жене. Сорвался рано утром, поднял сына и уехал. Даже мать его не сказав мне ни слова.

— Ты только горячку не пори, мало ли что там могло случиться. Может, действительно что-то важное.

И вроде как здравая часть меня так и говорит: «мало ли». А с другой стороны звучит эгоистичное «он бросил тебя ради нее»!

— Мне что-то просил передать? — голос ломается от напряжения.

— Нет, — пожимает плечами Уля и тут же пытается оправдать Гришу: — Насть, они в запаре уезжали, наверное, он сам спросонья забыл. Я тебе говорю, там что-то серьезное произошло.

Уля-то не знает, что мы провели ночь вместе и как бы неплохо было бы объясниться. Но это спорный вопрос расставления приоритетов, которые просто оказались расставлены не в мою пользу.

Ведь даже если так вышло, можно было написать сообщение? Буквально черкнуть пару строк, чтобы я понимала, что для него эта ночь тоже была не просто так, что она значила хоть немного, самую малость.

Но телефон свой я смотрела. Там не было ничего. Ни-че-го, твою мать!

В груди жжет, кажется, воздух разрывает легкие.