Книга Бракованный. Меняю мужа, страница 59 – Джули Рэйн

— Наработанное опытом, — парирую я и сажусь на диван напротив, позволяя себя как следует рассмотреть.

Я не из тех, кто краснеет от комплиментов или робеет от пристального внимания. Я выдерживаю её анализирующий холодный взгляд прямо, открыто.

— Почему ты здесь?

Вопрос повисает в комнате, и я невольно думаю о том, как звучали бы её стоны в этой звонкой тишине дома.

— Почему не празднуешь Рождество с семьёй? Девушкой?

Последнее уточнение вызывает ухмылку. Мгновение я думаю над ответом, а потом расставляю все точки над “i”:

— Я не приверженец отношений в их привычном смысле.

Лучше, если она примет это сразу, чтобы в будущем, когда мы окажемся в одной постели, избежать лишних ожиданий.

— Ну конечно, — издевательски соглашается Мия. — Нарциссы всегда выбирают себя.

Она кладёт ногу на ногу, и я задерживаюсь взглядом на бёдрах чуть дольше нужного.

— Думаешь, я нарцисс?

— Тут и думать не надо. Вы с Марком очень похожи, — с долей презрения произносит она, и вот это уже серьёзно напрягает.

Её сравнение с этим недоноском больно бьёт по самооценке.

— Привыкли получать желаемое, — продолжает Мия, — купаться в роскоши, ставить себя выше других…

Я пытаюсь вставить слово, но она не позволяет:

— …вы готовы идти по головам, если это принесёт выгоду. Готовы пренебрегать общепринятыми правилами, обманывать…

— Как и ты, — перебиваю я.

Это заставляет девушку вздёрнуть подбородок и всмотреться мне в глаза с вызовом.

— Как я?

— То, что ты оказалась в позиции жертвы, не значит, что это отличает тебя от нас, ведь ты пользуешься теми же самыми методами. То, что тебя загнали в угол — не оправдание. Выход есть всегда, не так ли? Узнав об измене, ты могла просто развестись, но предпочла действовать скрыто, обманывать мужа, желая получить личную выгоду — месть, которую ты так жаждешь.

Мышцы на её тонкой шее дёргаются, когда она нервно сглатывает. Какое-то время она молчит, обдумывая мои слова.

— Я не собираюсь тебя упрекать, — слабо усмехаюсь я. — Мы похожи больше, чем ты думаешь.

Мия брезгливо морщит носик, но не отрицает. Кажется, она начинает улавливать суть. Это радует, ведь чем быстрее она примет это, тем быстрее мы найдём общий язык.

— Не могу определиться, из твоих уст это звучит как комплимент или оскорбление, — задумчиво произносит она.

Я хихикаю и перевожу взгляд на тлеющие в камине угли.

— Какую картину ты хочешь? — Мия резко меняет тему. — Натюрморт, пейзаж, портрет?

— Портрет? — брови взмывают вверх, когда я возвращаюсь глазами к собеседнице.

— Предупреждаю, что людей я рисую ужасно, но я и предлагала написать картину, а не шедевр.

— Собираешься схалтурить?

— Собираюсь отделаться от груза, висящего на плечах.

— А если я позволю тебе выбрать самой?

В её взгляде мелькает… надежда?

— Что ты любишь изображать?

— Это не важно, — тут же закругляет разговор Мия.

Я хмурюсь, понимая, что за этим стоит нечто гораздо большее, но сейчас докопаться до истины она мне не позволит. Неподходящий момент.

— Только не пытайся подсунуть мне что-то из старых работ, — продолжаю я и вижу тут же вспыхнувшее в глазах девушки опасение, потому что попадаю точно в цель. — Хоть я и не художник, но отличить старые слои краски от свежих смогу.

— Да ну? — нагло усмехается она, и я вновь чувствую горячую волну внутри.