Книга Теорема страсти, страница 86 – Наталия Доманчук

— Я уже!

Андрей улыбнулся:

— Ты еще и крошки во рту не держала, а говоришь «уже».

— Я готова и сейчас целый торт могу съесть!

— «Киевский»?

Виктория сквозь слезы рассмеялась:

— Кстати, спасибо тебе за тот торт. Но особая благодарность, что помнишь, какой мой любимый десерт.

— Я же тебе сказал – я помню все.

— Ладно, беги к маме, – Виктория вытянула свою ладошку из его руки.

— Сначала посмотрю, как ты поела. Проконтролирую.

Они надеялись, что завтракать Виктория будет уже в палате, но врач сказал, что пока не убедится, что пища поступает в организм, Виктория останется в отделении интенсивной терапии.

Манная каша показалась ей манной небесной. Андрей убедился, что ее не тошнит и уехал домой к матери.

Последующие дни были сложными для всех, но и они прошли. Викторию выписали в день похорон, но Андрей попросил ее остаться в больнице до вечера:

— Пожалуйста, это для моего спокойствия. Ты очень слабая, я не смогу уделять тебе достаточного внимания, у меня там мама, ее сестра и куча родственников приехали из Израиля. Да и сама панихида – не из приятных событий. Подожди меня тут, здесь отдельная палата под присмотром врачей, а чтобы ты не скучала, я тебе привезу Никиту, и он будет тебя развлекать. И Роме позвони, пусть придет.

Виктория согласилась, хотя ей, конечно же, очень хотелось поддержать Веру Арнольдовну.

Андрей забрал ее с сыном после поминок и привез к себе домой.

Ему сегодня предстоял сложный разговор о том, кем он ей приходится, и, если бы не видение матери, где они с Викой были вместе, он бы сильно переживал. Но сердце подсказывало ему, что девушка примет его, кем бы он ни был.

В квартире Андрея было много родственников, но даже половину имен Виктория не запомнила, хоть и очень старалась. Усталость и рассеянность не оставляли ее, и после совместного чаепития с пирогом Андрей увел ее к себе в спальню.

— Принимай ванну и ложись в постель, – приказал он, – а я пока уложу Никиту.

Вернулся он нескоро, видимо, родственники задержали.

Виктория уже лежала в кровати. На лице ее были и радость, и смущение.

Андрей присел на кровать и сказал:

— Сначала поговорим, хорошо?

Девушка кивнула:

— Что бы ты ни сказал, для меня не имеет значения. Если ты любишь меня и хочешь быть со мной – я никогда не откажусь от тебя.

— Очень сильно надеюсь на это.

Виктория внимательно слушала Андрея и лишь слегка хмурилась. Когда он закончил свою исповедь, она спросила:

— Почему ты не сказал мне правду тогда, в день моего рождения шесть лет назад?

— Честно? Я думал, что смогу забыть тебя. Поэтому и тест ДНК не делал. Ну была и была у меня женщина, как тысяча других, имена которых я сейчас даже не вспомню. Если бы я сделал тест и убедился, что ты моя дочь, возможно, мне бы захотелось узнать, как ты, я бы наводил справки. А вдруг бы еще отцовские чувства проснулись? Кто знает? Я боялся этого как огня. А так я думал, что время быстро вылечит.

— Не помогло?

— Нет. Ни другие женщины, ни алкоголь, ни время не помогли.

— А потом ты увидел меня спустя пять с половиной лет и решил сделать тест?

— Да. Тогда я уже знал, что жизнь без тебя ужасна.

— Странно все это. Я совершенно не чувствую тебя как отца. Когда ты говоришь, ты переспал с моей мамой?

— Восьмого марта 1990 года. Я тоже совершенно не чувствую, что ты моя дочь. Ты – моя любимая женщина. Это все, что я признаю!