Книга Номер люкс: тайны включены в стоимость, страница 17 – Лариса Лазарова

— Не налеталась? Залазь обратно. Сама, сама. Давай, не капризничай. Я старый уже, мне много не надо. Так, проучу тебя маленько. Ну?

Руки немеют быстро. Ноги дрожат. Надо было хоть туфли снять! Пытаюсь встать поудобнее, нога подворачивается, и моя английская туфля с самой надежной колодкой в мире с печальным стуком падает вниз. А я окончательно повисаю на руках, так как опора потеряна. Не могу поверить, что все это происходит со мной. Ночь уже светлеет, после прокуренного и затхлого воздуха административного здания здесь можно дышать, наслаждаясь свежестью. Ветер гладит лицо, отсюда виден весь комплекс. «Корейский» горит оранжевыми круглыми фонарями, трепещут флажки. Огоньки коттеджей, застывший очень зеленый лес. Красивые клумбы, чистые дорожки с белыми бордюрами. Чико ухмыляется и прижигает мне большой палец сигаретой. Больно, черт. Но падать не хочется, а обратно я не полезу.

— Я все еще жду. Ну, блондиночка? Мне ведь надоест. А хуже будет только тебе. Ты слышала меня?! Ты!.. Я что тебе сказал?! Сюда иди, или сам все кости переломаю, хватит из себя целку корчить!!

Силы почти оставили меня, пальцы печет. Но возвращаться нельзя. Дело не в самом процессе. После подобных случаев оставаться в комплексе все равно будет невозможно. Дама, поучаствовавшая в подобном эксцессе, не будет оставлена без внимания. На счет кары законной не тешу себя: не получится из меня героя нашего времени. Медленно клонюсь вниз. В голове – сумбур. Все вертится: так и не успела своей Катьке зуб вылечить у хорошего стоматолога. Кто теперь с ней церемониться будет?

На меня снизу смотрит человек. Всего минуту. Потом заходит в здание. Последняя надежда умирает. Наверное, подумал, милые бранятся – только тешатся. Пальцы печет уже невыносимо. Да, Космодемьянская мне близко не сестра. Крепко зажмуриваю глаза, сильнее откидываюсь назад, чтобы не смог схватить за волосы. Внезапно боль прекращается. Марья молча вцепляется в меня. Но она легкая. И я непроизвольно тяну ее за собой. Она уже высунулась из окна до пояса, но не отпускает. Из-за ее спины вылетает здоровенная рука, и мы мгновенно оказываемся в номере. Обе. Марья Петровна рассматривает мои пальцы и причитает. Чико в комнате нет. Незнакомец исчезает и через минуту появляется с початой бутылкой водки. Наливает полный стакан, протягивает мне.

— За здоровье новорожденной!

Сам выпивает из горлышка. Потом небрежно приглаживает пятерней шикарную русую шевелюру, улыбается по-мальчишески легко и интересуется:

— Здорово струсила?

Я киваю головой. Зубы стучат по стакану. Незнакомец сделал еще один глоток и поставил бутылку на стол. Тогда он еще столько не пил. Мог остановиться. Подмигивает бедовым зелено-карим глазом и исчезает. Как оказалось, ненадолго. Я не ожидала, но мы скоро встретились вновь. И встречались почти два года. Тайно.

Команда Мистера Родика вваливается с песнями и плясками. Первого, кого я вижу, так это Билла. Очки блестят, тонкие усы воинственно топорщатся вверх. Почему-то он напоминает лихого таракана.

— Тамарка! – кричит Родик. – Мы сегодня гуляем! Пошли с нами, брось ты эту стойку.

Я скромно улыбаюсь и машу им рукой. Тут мой рот непроизвольно приоткрывается. Если не сказать, челюсть моя падает. В девице с обнаженными плечами я узнаю нашу девственную Зойку. Вот это да! Смотрю на Марью. О, школа старого бойца. Не дрогнув ни одной черточкой учтивого лица, она выдает ключи, выписывает пропуск в бассейн и сауну, оповещает о наличии свободных мест в точках общепита. Зойка смотрит на Билла с такой страстью, что мне становится обидно за державу. Чем наши-то не красавцы? Миша, например.