Книга Между "да" и "может быть". Искушение на девичнике, страница 19 – Екатерина Крутова

— Леночек… — Тема подался навстречу, глядя ярко-синими, влажными, как у верного щенка, глазами. — Я честно все верну! На следующей неделе рекламный контракт наклюнулся, маман обещала подкинуть за то, что я для ее подписоты контента напилил, папа даст…

Митрофанов смотрел умоляюще, кусая губы и нервно барабаня пальцами. Мальчик-фантазер, открытый и доверчивый, опять стал жертвой реального мира. Орлова не могла ему отказать. Не потому, что любила, а потому что за напускной бравадой и маской «крутого мажора» скрывался вечный ребенок, абсолютно не приспособленный к реальности. Без нее его бы давно съели живьем все «бизнес-партнеры» и охотники за легкими деньгами в руках лоха. Лена чувствовала за жениха ответственность, как сильный за убогого, а взрослый за малыша.

— Хорошо, — выдохнула девушка. — Только поедем вместе. По дороге ты расскажешь все детали и покажешь, что у вас с документами. Расписку и договор с Татляном буду заключать я. Понял?

Артем закивал так интенсивно, что Орлова испугалась, как бы его красивая, но бестолковая голова не оторвалась сама собой, без участия коллекторов Спартака.

— Ну не злись, Леночек, — через полчаса явно повеселевший Митрофанов ловко лавировал на спортивном двухдверном родстере в потоке машин на объездной. — Ну подумаешь, поцарапали немного. Спартак — адекватный мужик, все поймет. Мы же свои!

— «Свои», — ядовито повторила Алена, глядя в окно на проносящиеся мимо контейнеры и краны грузового порта. — Темик, это не серийная машинка из салона, которые штампуют пачками на китайских заводах. Это Астон Мартин шестьдесят четвертого, автомобиль Бонда из «Голдфингер». Который твой пьяный клиент не «поцарапал», а вогнал в столб. А про «адекватность» Татляна спроси своего отца — они в нулевых весьма тесно сотрудничали, а еще можешь на Богословское кладбище заглянуть для усиления эффекта. Туда и за меньшее отправляли, чем «царапины на машинке».

— Да ладно тебе драматизировать! — Митрофанов махнул рукой, но Орлова заметила, как пальцы жениха нервно дрожат. — У папы связи. Мы же не на Диком Западе — все решится полюбовно, вот увидишь.

Девушка отвернулась. «У папы связи». «Папа решит». «Папа договорится». Артем Митрофанов в свои двадцать семь лет оставался вечным подростком, уверенным, что любая проблема рассосется сама собой, стоит лишь позвонить нужному человеку. Мягкий и незлобивый он отличался от большинства избалованного деньгами и вседозволенностью окружения. Мать Алены считала жениха дочери пафосным бездельником, но Лена смотрела глубже. Четыре года назад она увидела в отпрыске важного чиновника не только богатство и перспективы. Митрофанов-младший был противоположностью деспотичному и властному Аленкиному отцу. Под идеальной оболочкой, созданной салонами красоты, фитнесом и модными шмотками жил мечтатель, верящий в лучшее в людях и ждущий любви. Орлова думала, что сможет вылепить из него подходящего мужа, но то ли скульптор из нее был так себе, то ли человеческие души и характеры — слишком сложны для логических расчетов, но Тема почти не изменился. Его наивность и доверчивость когда-то казавшиеся милыми, теперь вызывали раздражение и усталость. Но и бросить жениха девушка не могла. Он был как питомец, которого она приручила и теперь чувствовала за него ответственность.