Книга Катастрофа размера XXL, страница 18 – Ольга Коротаева

Я неохотно стянула костюм и осталась в изумрудном слитном купальнике. Сначала стояла неподвижно, инстинктивно пытаясь прикрыться руками, боясь увидеть в глазах Марка разочарование или, что еще хуже, вежливую жалость. Но тишина затянулась, и я рискнула посмотреть на мужчину.

Марк стоял неподвижно, но его взгляд… он не скользил по моим бедрам в поисках целлюлита. Не считал складки на моей талии. Его внимание было прикованы к моему декольте. Изумрудная ткань с глубоким V-образным вырезом сидела идеально, приподнимая и подчеркивая мою пышную грудь, создавая ту самую соблазнительную ложбинку, против которой бессильна любая мужская невозмутимость.

Я заметила, как взгляд Марка потемнел, становясь из серо-стального почти черным. Его кадык дернулся, когда он тяжело сглотнул.

Пауза затягивалась.

— Этот цвет… — голос Марка стал неожиданно хриплым, глубоким, вибрирующим где-то на уровне моих солнечных сплетений. — Идеально подходит к вашим глазам, Полина.

И сделал шаг, приближаясь ко мне. Его слова говорили о глазах, но взгляд был прикован гораздо ниже, жадно изучая изгибы, которые мой купальник не скрывал, а выгодно презентовал. В этом взгляде не было критики. В нем было откровенное, почти осязаемое мужское желание. Такое сильное, что воздух между нами, казалось, начал плавиться.

Жанна, стоявшая чуть поодаль, не выдержала и тихо хихикнула, прикрыв рот ладонью.

— Глаза, Марк? Серьезно? — пробормотала она с плохо скрываемым ехидством. — Ну да, цвет глаз у Полины сегодня просто… выдающийся.

Я почувствовала, как по телу разливается жар, и на этот раз не от смущения или стыда. Это было торжество. Впервые за долгое время я почувствовала себя не «женщиной плюс-сайз», а очень-очень желанной женщиной. И плевать на целлюлит, когда у мужчины напротив такой хриплый голос.

«Марк был серьёзен, когда заявил, что я красивая», — промелькнуло в мыслях.

— Ну, раз с глазами мы определились, — я нашла в себе силы улыбнуться, чувствуя, как возвращается уверенность, — может, все-таки окунемся? Или вы боитесь шторма, офицер?

Марк не ответил, лишь протянул мне руку, помогая спуститься по ступеням в бассейн, и тепло его ладони обожгло меня сильнее, чем любое признание.

Вода в бассейне оказалась тёплой, как парное молоко, и удивительно ласковой. Жанна, стоило ей коснуться поверхности, тут же обратилась в стремительную дельфиниху. Она с наслаждением нырнула, обдав нас мелкими брызгами, и поплыла размашистым кролем, явно давая нам с Марком пространство для манёвра.

Я же замерла на второй ступеньке, чувствуя, как вода обнимает мои бёдра. Сердце всё ещё колотилось о рёбра после того самого «взгляда в глаза». Марк стоял в метре от меня, и его плечи, мокрые и блестящие под солнцем, казались высеченными из бронзового мрамора.

— Полина, вы почему медлите? — он обернулся, и в его голосе всё ещё слышалась та хрипотца, от которой у меня слабели пальцы. — Вода идеальная. Ныряйте смелее.

Я почувствовала, как щёки заливает румянец.

— Я... Марк, дело в том, что я не умею плавать, — призналась едва слышно. — То есть я могу держаться на воде, если чувствую дно. Но как только оно уходит... паникую.

Марк замер. На его лице проскользнула тень улыбки — не издевательской, а какой-то до дрожи собственнической. Он медленно двинулся ко мне, рассекая воду мощной грудью.