Книга Сводные. Том 1, страница 90 – Лена Харт

Он разворачивается, протягивая мне мои начос, и снова уходит, обняв талию какой-то девушки. Они исчезают в толпе.

Осмеливаюсь взглянуть на Макса и замечаю, как его челюсть напрягается, когда он с силой дёргает торцевой ключ против часовой стрелки, словно затягивая рот своего ребёнка, а не болт.

Вот и всё.

Нетрудно понять, что Макс любит и ценит жизнь на его условиях, вдали от ужасов нашей семьи.

Но Егор жаждет чего-то другого. Он не ленив, небрежен или скучен. Он несчастен.

Ставя поднос, подхожу и опираюсь на стол, за которым работает Макс.

— Он прав? — спрашиваю я, слыша, как мужчина по громкоговорителю объявляет о новой гонке. — Ты прячешься здесь?

Он бросает на меня взгляд, затем встаёт и, обойдя машину, начинает возиться с чем-то.

— Опусти рубашку, — ворчит он.

Пытаясь сдержать улыбку, поднимаю бровь.

Он бросает инструмент и, наклонившись к столу, вздыхает.

— Проклятые дети… — качает он головой, глядя на меня с грустью в глазах.

Возможно, он не хочет, чтобы Егору было так больно, но если Макс что-то и знает, так это то, что наши родители не всегда знают, что лучше для нас. Я имею в виду, кто сказал, что Лиза была бы для него долго и счастливо?

Но он всё равно сбежал бы с ней, потому что мы хотим того, чего хотим. Егор сделает то же самое.

— Эй, — говорит кто-то.

Поворачиваюсь, чтобы увидеть, как Лия Григорьева входит в палатку, засунув руки в карманы джинсов и глядя на меня.

Я всё ещё в замешательстве. Ни одна из наших встреч не была особо приятной. Чего она хочет?

Мой дядя уходит, чтобы поискать что-то в кузове грузовика, а я снова смотрю на Лию, в её носу уже нет никаких признаков того, что сегодня из него текла кровь.

— Привет, — наконец отвечаю я.

Она протягивает руку.

— Лия.

Мы пожимаем друг другу руки.

— Алиса, — представляюсь я, понимая, что нас не представили должным образом.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, указывая на её нос, но она лишь выдыхает смех.

— Я единственная, кто причиняет мне боль, — говорит она.

Отпускаю её руку, не понимая, что это значит.

Оглядываюсь через плечо. Макс открывает дверь грузовика и ищет что-то в бардачке.

— Итак, ты хочешь потанцевать? — спрашивает она.

Резко поворачиваюсь, глядя на неё.

Что?

Люди собираются вокруг костра, песня льётся из больших динамиков, установленных на кузовах грузовиков, которые окружают стоянку. Однако песня медленная, все находятся близко друг к другу.

Качаю головой.

— Нет.

Но она всё равно хватает меня за руку и тянет к костру. Спотыкаюсь, стараясь не отставать, пытаюсь вырваться из её хватки.

— Эй, стой, — говорю я.

Я не очень хорошо танцую.

Она поворачивается, хватает меня за талию и притягивает к себе. Я пытаюсь оттолкнуть её, но она слишком быстрая. Она хватает меня за узел на моей рубашке и резко дёргает на себя, моя шея едва не получает травму.

Скалю зубы, чувствуя, как мой живот трётся о её живот.

— Всё нормально, — ухмыляется она мне. — Я знаю, что ты натурал.

Она начинает двигаться, покачивая бёдрами и слегка прижимаясь ко мне. Моё сердце готово выпрыгнуть из груди, когда я пытаюсь переставить ноги, чтобы не упасть.

— Да, откуда ты знаешь?

— Ты хочешь сказать, что есть шанс, что это не так? — спрашивает она, дразня меня. Я закатываю глаза.

— Тебе не стоит быть такой, — говорит она. — Я гораздо безопасей, чем парень. По крайней мере, я не могу сделать тебя беременной.