Книга Сводные. Том 1, страница 89 – Лена Харт

Внезапно мне хочется прижать руки ко рту и подбодрить его, но я останавливаюсь на полпути и вместо этого хлопаю в ладоши.

Он выглядит таким уверенным и невероятным. Он первый.

На трассе я замечаю тот самый зелёный байк, который видела дома у Соколовых пару дней назад. Думаю, это Артём Кондратьев.

Улыбаясь, смотрю на своего дядю, который всё ещё погружён в свою работу. Как он может не замечать этого?

Зависть парализует меня. Егор выглядит так, будто ему очень весело, но я больше не могу сдерживаться.

Быстро, прежде чем Макс успевает меня остановить, несусь по грунтовой дороге вслед за мотоциклами и бегу вверх по зелёному холму.

Оглядываясь по сторонам, проверяю, нет ли поблизости Тимура, но не замечаю его.

Присоединившись к толпе наверху, протискиваюсь между двумя людьми как раз вовремя, чтобы увидеть, как Егор мчится к финишу, лицом к лицу с Кондратьевым.

Он заводит двигатель, выскакивает на заднее колесо и мчится к финишу всего на несколько мгновений опережая всех остальных. Когда он снова приземляется на оба колеса, голос диктора гремит, раздаются аплодисменты. Вижу, как Егор пронзает кулаком в воздух.

Тихо хлопаю, моё сердце колотится слишком сильно, чтобы делать что-то ещё. Это хорошо для него.

Я немного завидую его мастерству. Мне никогда не удавалось достичь такого уровня в чём-либо.

Повернувшись, возвращаюсь к палатке, где зрители уже расходятся, а музыка вновь начинает играть.

Макс всё ещё занят работой над чем-то, что, я уверена, уже готово. Направляюсь к палатке с едой рядом с нами и беру немного начос и сыра.

Откусив небольшой кусочек, подхожу к своему дяде.

— Хочешь немного? — спрашиваю, протягивая ему начо.

Он смотрит мне в глаза, но даже не замечает, что я ему предлагаю.

— Нет, спасибо.

Наблюдаю за ним, пока макаю в сыр ещё один начос и вынимаю его.

— Он действительно хорош, — говорю я ему.

Он лишь кивает и возвращается к своей работе.

Прищуриваюсь. Макс не похож на моего отца, но что-то всё же есть.

Игнат не стал бы наблюдать за мной, потому что ему было бы всё равно. А Макс отказывается поддерживать Егора. Почему?

Подойдя ближе, собираюсь поставить еду и вернуться к раздаче наклеек, но в нашу сторону направляется толпа людей, окружая Егора. Смотрю, как он снимает рубашку и бросает её на наш стол, одаривая меня дерзкой улыбкой и забирая мои начо. Он берёт немного сыра, наносит его мне на нос, а затем облизывает его, пока я рычу.

— Егор, — упрекаю я, извиваясь, но он лишь смеётся.

— Я собирался поздравить тебя, — говорит он.

Неважно. Вытираю сыр и его слюну с носа.

Украв мои начо, он подходит к отцу.

— Знаешь, я могу принести гораздо больше пользы Соколов Экстриму, если меня покажут по телевизору, — говорит он.

— Да, и что потом? — Макс пристально смотрит на своего сына. — Как ты думаешь, что ты будешь делать после того, как твои пятнадцать минут славы истекут, или если из-за травмы отправишься домой в инвалидной коляске?

Егор усмехается и качает головой.

— Ты вообще смотрел? — говорит он. — Я выиграл! Я победил их всех. У меня всё хорошо. Мне это нравится.

— Гонки по мотокроссу… — начинает Макс, но Егор ехидно заканчивает за него:

— Это не карьера. А держать нас прикованными к вершине — это не жизнь. Тебе следует об этом подумать.