Книга После развода. Колкие грани счастья, страница 81 – Лана Полякова

К вечеру, возвращаясь с детьми домой, я только отголоском, затаившимся холодком чувствовала в себе страшный вопрос, поразивший меня в мастерской.

— Что-то случилось? Ты весь вечер сама не своя. Расскажешь? — негромко спросил Андрей вечером, когда дети затихли у себя и, надеюсь, уже спали.

Я замерла на месте. Опять. Как застуканный на краже кролик. Мысли заметались в голове, выдавая решение, как бы поестественнее отговорится и не открываться. Но Андрей мягко взял в свои ладони мои ледяные пальцы и просто сказал:

— Не бойся и не волнуйся, Маш. Я пойму тебя и приму любое твоё решение. Просто не молчи со мной, пожалуйста, о главном.

— Я сегодня искренне пожелала смерти Вадиму, – не поднимая глаз, проговорила, чувствуя, как глупо и по-детски это звучит вслух.

Но Андрей не рассмеялся и не отмахнулся от меня. Он обнял и прошептал мне в волосы:

— Я защищу тебя и наших детей! И я понимаю, для тебя всё это, весь этот вайб девяностых — слишком. Не думай об Ахромцеве. Без денег он не сможет ничего.

А после, почти без перехода, продолжил:

— Маш. У мамы день рождения на днях. Третьего февраля. И она приглашает. Пойдём?

— Это твоя мама! Конечно же, ты пойдёшь к ней на праздник! – ответила, не задумываясь.

— Только вместе, Маш! – улыбнулся Андрей.

— Но… Я ничего подходящего не взяла из дома. А возвращаться туда меня не тянет, да я и не уверена, что дом не под арестом. Или как это называется? В общем, я не готова, Андрюш, – пробормотала, неуверенно.

Не могу же я пойти на праздник к маме Андрея в платье, что купил мне Вадим, и в бриллиантах, которые подарил мне бывший муж? Как-то это чересчур…

— Магазины все позакрывали? Да и неважно, в чём ты будешь. Ты украсишь собой любой наряд, — улыбнулся мне Андрей, повторяя, — Только вместе, Маша!

Я зацепилась взглядом за сердоликовую фигурку на комоде и, усмехнувшись, сказала:

— Только эта птичка со мной из прошлой жизни, получается.

— Можно я возьму её к себе? Обещаю, что буду хранить и беречь её! – тут же попросил меня Андрей.

— Отчего нет? Конечно. В ней ничего особо ценного. Я привезла её из Крыма, когда поняла, что у меня будет Максим. – смущённо пробормотала, будто оправдываясь.

— Ты даже не представляешь, как она бесценна, — ответил мне Андрей и достал из кармана бирюзовую коробочку.

— А к маме на праздник ты пойдёшь в качестве моей невесты! И это не обсуждается! – решительно продолжил он, открывая футляр.

Голубоватый камень, сверкнув гранями в отражённом свете, переместился на мой палец и сел, словно был там всегда.

— Маш! Помолвка — это ещё не замужество! Отомри! Не всё так страшно, как ты думаешь!

Сегодня я с помощью Сергея загрузила красавец-комод в свою машину и отвезла в мастерскую.

Сил моих нет смотреть, как страдает такое чудо!

Я не стала сама его разбирать, опасаясь навредить и так пострадавшему раритету. Попросила ребят из мастерской. И под моим неотрывным контролем, под чутким взглядом, мы убрали все старые ручки, ножки и панели ящиков. Ребята укрепили сочленения комодика и оставили сохнуть, а я с благоговением занялась снятием старой краски. Вся в пыли и предвкушении, я провозилась почти весь день, но результат того стоил! К счастью, шпаклёвки и восстановления будет не так много. Три крупных места по углам и десяток мелких царапин.