Книга Сталкер, страница 53 – Кира Сорока

Тянусь к её губам. Лёха нечленораздельно и недовольно что-то бубнит.

— Спасибо, — чмокает меня Полина.

— Подожди благодарить. Давай сначала посмотрим, как получится.

А получается охренительно!.. Эта балерина — точная копия моей Полины. Длинные ноги, тонкая талия... Короче я от неё в полном восторге. Не от тату, а от девушки.

— Ой, мама звонит, — морщится Полина. — Я должна была ей перезвонить ещё утром, но забыла.

Забираю телефон из рук принцессы и скидываю вызов.

— Сейчас не совсем подходящее время.

Звук машинки, болезненные нотки в голосе Полины, потому что заморозка почти прошла... Не стоит нервировать мамашу...

— Ещё пару минут, — успокаивающе говорит Лёха.

А чуть позже мы уже любуемся результатом. Полина с восторженным писком повисает у меня шее, потому что ей безумно понравилось.

— Ладно, я тоже вдруг прозрел, чего хочу, — стягиваю футболку и падаю в кресло.

Лёха ржёт.

— Синяя болезнь, Макс. Я тебя предупреждал.

— Делай давай. Вот тут, рядом с сердцем. Мне нужна надпись.

— Какая?

— Здесь моя принцесса.

— Оо...

Перевожу взгляд на Полину, она ошалело смотрит на меня.

— Максим... — начинает было.

— Ты против? — выгибаю одну бровь.

Пару секунд подумав, качает головой.

То-то же... А раз не против, значит, она со мной надолго. Возможно, навсегда.

Полина

Глядя на себя в огромное зеркало в душевой кабине, веду пальцем по балерине. Татуировка мне идёт. Я в восторге, если честно. А вот мать меня наверняка прибьёт. Она считает, что роспись на теле — это клеймо зеков, а нормальные люди не могут добровольно уродовать своё тело. И это дословная цитата...

И вот её дочь вчера добровольно «изуродовала» свой живот. И сделала это с помощью Макса.

Двойной страйк для моей мамы...

Обмотавшись полотенцем, выхожу из ванной. Максим уехал с самого утра по делам. По каким — не сказал. Но я и не выспрашивала. Ведь у него есть друзья. Может, встретиться захотел, поболтать. Или маму навестить. Тренировка у нас сегодня вечером, он обещал вернуться за час до неё.

Одевшись в комнате, спускаюсь вниз. Марину Захаровну нахожу на кухне. Попивая кофе, она смотрит новости. Сажусь напротив, прихватив йогурт с отрубями.

— Доброе утро!

Она переводит взгляд на меня.

— Доброе. А Максик даже не позавтракал, — озабоченно смотрит на нетронутую стопку блинов. — Хоть ты поешь.

— Ладно.

Скручиваю верхний блинчик в трубочку, макаю в йогурт.

— Ммм... вкусно.

— Мама тебе вчера дозвонилась? — спрашивает Марина Захаровна как бы между прочим.

— Нет. Сегодня ей позвоню.

Ну не горю я сейчас желанием разговаривать с мамулей. Она даже за мильон километров от меня может почувствовать моё настроение и понять о переменах в моей жизни.

Мне кажется, я свечусь как лампочка. И губы все искусала, чтобы прятать влюблённую улыбку. И голос у меня стал каким-то тихим и мечтательным.

— К школе-то готовишься?

— А? Ну да...

И я где-то плаваю постоянно... Да ясно где. Я вся в Максе.

Он сделал вчера тату в честь меня. До сих пор не верится... Тело этого красивого парня теперь украшают слова, говорящие обо мне. Прямо рядом с вытатуированным сердцем и колючими шипами.

— Задавали чего на каникулы?

— Аа? — снова плаваю. — Ну да... Кстати, да, — хмурюсь. — Проект доделать надо. И почитать.

Чёрт! Совсем забыла!