Книга Сталкер, страница 35 – Кира Сорока

Когда заканчиваю свою исповедь, Ева отворачивается к окну, пряча улыбку. Не знаю, что именно её так развеселило: мои эмоции или вся история в целом.

— Видишь, всё правильно он сделал, — говорит ей Дамир. — Любой нормальный парень поступил бы так же. Какого хрена этот Марк к ней лезет? Подожди... — Мир прищуривается. Хрустнув пальцами, сжимает кулаки. — А к тебе он тоже лезет?

Сначала Ева закатывает глаза, но потом смотрит на Дамира с тёплой улыбкой и говорит:

— Нет, Марк лезет только к Полине. Она ему нравится.

И теперь уже я хрущу костяшками.

Этот тип пристаёт только к Поле. Бл*ть! Между ними определённо что-то есть!

— Но ситуацию надо исправлять, — говорит мне Дамир. — Накосячил — разруливай.

— Как он это исправит? — вклинивается Ева. — Я говорила с Полиной, — кивает на свой телефон. — В лучшем случае Марк сможет участвовать в групповой постановке. Но соло с Полиной танцевать не сможет. Они же готовили отдельный номер, свой танец. На выступление нашей труппы приглашены педагоги и представители лучших танцевальных школ. И они должны были посмотреть и оценить ребят с перспективой пригласить их на учёбу...

Теперь понятно, о чём говорила принцесса, когда обвиняла меня. Вот, блин...

Вскакиваю со стула и протягиваю Миру руку. Он сжимает её, но не спешит отпускать.

— Что ты задумал?

— Пока не знаю. Надо пообщаться с этим Марком.

— Не надо, — качает головой Ева.

— Попробуй, — кивает Дамир.

Они пипец, какие разные!.. Но ведь вместе, несмотря на это! Нашли друг друга.

Мне кажется, что после моего ухода у них будет скандал. А потом — жаркое примирение... Ссоры иногда бывают полезны.

Но не в нашем с Полей случае. Мы ещё толком и не мирились.

Покидаю кафешку, прыгаю в тачку и еду к больнице. Машины Ларионова — отца Марка — на стоянке у больницы уже нет.

Я выяснил всё, что смог, про Ларионова и его семейку (спасибо старым связям). Ничего особо выдающегося. Отец — бизнесмен, мать — училка. Живут довольно неплохо, учитывая цену авто, на котором ездит Ларионов-старший.

Со мной ничего критичного сделать они не смогут. Наверное.

Выясняю в регистратуре, где лежит Марк. Палата одноместная. Кто бы сомневался...

Захожу внутрь без стука. Соплежуй сидит на кровати и, судя по всему, втыкает в видосики на ютубе. Увидев меня, заметно напрягается. Под его ошарашенным взглядом двигаю стул ближе к койке.

— Да не буду я тебя бить. Хотя очень хочется, — говорю я, ставя стул спинкой вперёд и седлая его.

— Чувак, вали отсюда! Я сейчас персонал вызову! — угрожающе говорит Марк, демонстрируя кнопку вызова.

— Да не будь ты размазнёй! Помоги лучше всё исправить.

Он нервно усмехается.

— Я — тебе? Помочь? Иди нахрен!

— Хочешь, чтобы я ещё что-то сломал? — цежу, не разжимая зубов. — Что-то более ценное... Может, шею?

Усмешка сползает с его лица. Видимо, есть что-то в моём взгляде, что реально пугает. Возможно, он видит, что я легко могу слететь с катушек.

Я могу, да. И лучше не доводить меня до края.

— Ты ничего не сможешь сделать, — в итоге говорит Марк. — Лучше скажи спасибо, что я не стал писать заяву.

— Спасибо! — выплёвываю я.

— На этом всё. Думаю, дальнейший разговор не имеет смысла.

— Как-то не очень дорога́ тебе Полина, — говорю я, поцокав языком.

— Ещё как дорога́.

— Тогда включай мозги. Как я могу ей помочь? Как она может выступить со своим танцем без тебя? Есть у тебя какой-нибудь балерун на примете?