Книга Сталкер, страница 23 – Кира Сорока

Какого хре..?

Вскакиваю на ноги, толкаю мужика в грудь. От вроде под шофе, но держится на ногах вполне уверенно.

— Я сказал: найди кого-то другого! — рычу на него.

Мои кулаки сжимаются, адреналин плавит вены. Хочется ему врезать. От души так отхреначить. Это всегда помогает.

— Я пока вежливо прошу... — его голос становится вкрадчивым и очень опасным. — Наверняка есть что-то, чем ты дорожишь... Та же тачка...

Ох, ты ж, падла! Он мне угрожает!

— Максим, ты дома? — в комнату заглядывает мама. — А что здесь происходит?

Она замирает в дверях, и на лице появляется испуганное выражение.

— Ничего, Викусь, — мужик подходит к ней и что-то шепчет на ухо, обняв за плечи. — Мы с Максом просто притираемся, — говорит уже так, чтобы я услышал. — Скоро всё нормально будет! Станем как родные!

Поцеловав маму в щёку, зэк выходит. А мама с растерянным видом направляется ко мне.

— Как хорошо, что ты приехал!.. — обвивает руками мою талию, утыкается носом в шею.

Мамка у меня как Дюймовочка. Маленького роста, хрупкая. Всегда хорошо выглядела, была очень женственной. А с этим дебилом изменилась. Теперь нет в ней прежней красоты и изящества.

Глажу её по спине.

— Да, я приехал.

— Надеюсь, насовсем, и мне не придётся делить тебя с другой женщиной, — поднимает взгляд к моему лицу.

Под другой женщиной она имеет в виду новую жену отца.

Я качаю головой.

— Перестань. Ни с кем ты меня не делишь.

Хочется материться. Хочется накричать на неё. Сказать, чтобы она взяла себя в руки и позволила мне выставить этого зэка из нашего дома. Только вот мы через это уже проходили...

У мамы нет желания избавляться от него. Она считает, что у них всё серьёзно. Да и я со своим неважнецким подростковым прошлым ничем не лучше её жениха... Биография что надо. Тьма приводов в полицию, драки... Иногда — просто в мясо. В машине я вожу биту, которой могу воспользоваться, ни секунды не колеблясь.

Тошнит...

— Пойдём за стол, Максим, — она пытается вытянуть меня из комнаты.

— Я сыт, мам. Лучше посплю.

Уговаривать меня бесполезно — она знает...

Наконец остаюсь один и долго пялюсь в компьютер на красную точку — Полину. Она уже давно бездвижна. Наверняка девушка спит. Постепенно глаза закрываются, и меня вырубает прямо в кресле. И последнее, о чём я думаю: завтра к ней не поеду.

Полина

«Ох и нервничаю же я из-за Максима», — сказала мне его бабушка за ужином.

Насколько мне известно, она весь день ему звонила и звала обратно. А ещё мне известно, что он не сказал ей о нашей ссоре. Назвал какую-то другую причину, по которой приехать не может. Но мне-то понятно, что дело во мне.

Мы поссорились. Да, я обвинила его, знаю. Ну и что? Ему вообще, что ли, ничего говорить нельзя?

Аррр!..

Сделав волну и мах ногой, кружусь на месте. Совсем не как балерина. Мой танец дикий, импульсивный, движения резкие — под стать настроению. Я почему-то не прекращаю злиться на Макса. Не из-за клуба, а из-за нелепого чувства вины. Будто это я его выгнала из нашего дома.

Мах, волна, прыжок, поворот... мах, волна, прыжок... Внезапно моя нога врезается в матрас у стены, я падаю и приземляюсь на постель сводного. Уф...

Нос зарывается в одеяло, которое буквально пропиталось его запахом. Невольно вдыхаю поглубже. «Четыре дня», — снова звучат в голове слова Макса.