Книга Верни мне дочь, страница 55 – Кэтрин Вайс

Да понятное дело, Арина давно бы вышла на связь и успокоила меня, но ведь существует возможность потери памяти, например.

В общем, думаю, надо рассказать Баринову о моём мираже. Он даст задание парням, и те наверняка с лёгкостью выяснят, кто та знакомая незнакомка.

— Милаша, доброе утро, — бужу малышку сразу, как немного отдышалась после приснившегося кошмара.

— Не, — грозно отнекивается Милана и недовольно переворачивается на другой бок.

— Давай-давай, — говорю и открываю тяжёлые шторы. — Ты вчера и так совсем с режима сбилась. В садик ходить не будешь больше?

— Не, — всё так же недовольно.

Кажется, папины гены с малолетства уже начинают проявляться.

— Эй! А ну-ка, просыпайся! Иначе я позову два пальчика, — угрожаю дочке и начинаю подбираться как хищник к кровати.

— Не нана, — противиться, но уже более бодрым голосом.

— Как это не надо? Смотри... Шли два пальчика гулять... — ставлю пальцы на край постели и начинаю гордо вышагивать по направлению малышки.

— Ой-ой, — улыбается Миланка и прячется под одеялом.

— ... А им надо кого-то щекотать... — продолжаю стишок, а малышка затихает и ждёт. — Кто же это будет? Это будешь ты! — на последнем слове радостно вскрикиваю и принимаюсь щекотать Милашу, по пути, выпутывая её из одеяла и щедро целуя.

Миланка смеётся, визжит и извивается. Супер. План подъёма выполнен на сто процентов.

— Ладно, всё повеселились, теперь пойдём умываться и завтракать. Папа наверняка нас заждался.

— Па? — заинтересовано переспрашивает.

Обидно.

Буквально на секундочку, но обидно. Меня мы ни мамой, ни Солой пока не называли ни разу, а тут всего один день общения с отцом... И "па" научились, и привязка, осознанная к человеку.

Так, ну подумаешь... Назвала и назвала. Это ребёнок.

Просто буду верить, что когда-нибудь и на моей улице настанет праздник.

— Точно папа. Идём его искать? — не показываю, что разволновалась, а приветливо приглашаю малышку на ручки.

Миланка с удовольствием идёт на контакт и будто что-то, заподозрив, обвивает мою шею и чмокает меня в щёку.

Ну ла-а-адно, я растаяла.

После всех утренних процедур выходим с Миланкой в общую гостиную.

— Здравствуйте, — говорю Баринову, который с задумчивым выражением лица пьёт кофе.

— Па! — визжит малышка и бежит обнимать мужскую коленку.

— Доброе утро, — безэмоционально отвечает Андрей Кириллович и ласково похлопывает дочь по спине. — Завтрак уже накрыт, — жестом пригласил к столу.

Занимаю кресло и увлекаю за собой Милашу, усаживая её на колени.

Сегодня на завтрак овсяная каша с фруктами. Мы обе любим такое, поэтому сразу принимаемся за еду.

Баринов несколько секунд внимательно нас изучает, а затем увлекается телефоном.

Блин, упустила момент. Надо было сразу про сестру рассказать, теперь вроде как неудобно.

Мне вообще после вчерашнего в принципе рядом с мистером деревяшкой неудобно. Как только посмотрю на мужчину, так перед глазами наш поцелуй всплывает.

И ведь вроде бы мне никак не намекают, не вспоминают, не навязываются, но стыдно.

Я Баринова, как мужчину не рассматриваю. Он мой босс и отец Миланке, всё.

Думаю, вчера на нас просто повлиял алкоголь.

Ну на меня так точно, а Баринов — мужчина у них вообще всё проще. Красивая фигура и лицо можно и в постельке вместе "поваляться".

Сегодня вон, судя по хмурости, пришло осознание содеянного, и никто не планирует строить со мной отношения. Слава богу.