Книга Верни мне дочь, страница 38 – Кэтрин Вайс

— Тшшш, — беру Миланку на руки.

— Мы играли. Она побежала и ударилась ручкой о комод, — сумбурно объясняет Андрей Кириллович, а я покачиваюсь, чтобы успокоить ребёнка, и по пути осматриваю ушибленное место.

— Ничего страшного. Смотри, Миланка, ничего нет, — облегчённо выдыхаю, ведь это просто ушиб и истерика больше от страха, нежели от боли.

— Бо, — хнычет.

— Да ладно тебе. Ты ж боец у меня. Самая храбрая и самая красивая, да?

— Дя, — отвечает и чуть снижает уровень шума.

— Вот и умница. Вот этот комод бессовестный, да? Сейчас мы ему дадим!

— Угу, — воодушевляется малышка, и от плача остаются только всхлипы и блестящие щёки.

— Другое дело. Давай, вы с папой сейчас пойдёте и надаёте вредному комоду, ладно? А я закончу с... — осекаюсь на середине фразы, ведь до меня доходит происходящее.

Мы стоим посреди ванной, и я абсолютно нагая.

Ой, мамочки! Чувство будто ушат ледяной воды выплеснули.

— Иди к папе, — резко засовываю малышку Баринову в руки и поворачиваюсь спиной.

Стыдно капец!

— Но вдруг... — Андрей Кириллович мешкается.

— Идите уже! И платье смените, это мокрое, — почти рявкаю, оборачиваясь через плечо.

— Ладно, — Баринов соглашается и, наконец, покидает помещение.

Господи, вот это стыдоба!

Метаюсь по ванной комнате и корю себя за глупость.

Я впервые в жизни предстала перед мужчиной полностью без одежды... И да в свои двадцать пять я, мягко говоря, не могу похвастаться большим количеством опыта. Нет, у меня, конечно, был однажды парень, и мы даже сделали это. Но! В темноте и всего единожды. А тут...

Мало того что голая перед боссом, так это же ещё и не абы кто, а сам Баринов!

— Вот дура! — ругаюсь вслух, но в джакузи всё-таки возвращаюсь. Как ни крути, с мытьём надо закончить.

Спустя пятнадцать минут я намылась, вылезла из ванной и надела на себя безразмерный отельный халат.

Можно отправляться в гостиную, но мне страшно и стыдно.

Как после такого смотреть в глаза Баринову? Я, наверное, сойду с ума от смущения, но бесконечно сидеть в ванной всё равно невозможно, так что не буду оттягивать неизбежное и пойду прямо сейчас...

Осторожно, как вор, крадусь в общее помещение и выглядываю из-за угла.

Баринов и Милаша сидят на ковре в центре и безмятежно собирают кубики.

Ну как собирают... Андрей Кириллович строит, а малышка в основном рушит, потому что она маленькая и с координацией мелких движений пока есть небольшие проблемы.

На удивление Баринов нисколько не злиться и каждый раз с удовольствием начинает заново.

Я пробираюсь к одному из кресел подальше от семейной идиллии и забираюсь на него, подобрав под себя ноги и плотнее укутываясь в халат. Будь моя воля вообще бы закрылась в комнате и не встречалась с Бариновым больше никогда.

— Что-то вы быстро, — произносит тот о ком только что думала, при этом даже не оборачиваясь.

И как понял, что пришла? Вроде бы старалась быть максимально бесшумной.

— Это я ещё долго. Обычно минут десять уже роскошь. Спасибо что присмотрели за малышкой, — нехотя отзываюсь, ведь проигнорировать фразу было бы слишком подозрительно. — У вас если какие-то дела...

— Нет. Сегодня выходной и я решил провести его с дочерью, — перебивает, лишив шанса на уединение.

— Эм... Ладно.

— Вот если у вас есть дела, то можете ими заняться, — возвращает мне мою же фразу.