Книга Алчные души, страница 147 – Вячеслав Ипатов

Глэд в переговоры вступать не стал, ответив просто и коротко:

— Owen! — волна ужаса ударила по Красту, заставив того дрогнуть, однако это не помешало ему отразить выпад копья, а затем ударить самому.

Кони закружились в смертельном танце, их всадники в ярости скрестили копья, при любой удобной возможности используя магию. Больше не было разговоров. На них просто не оставалсь времени. Глэд дрался с яростной энергией, изо всех сил стремясь закончить поединок быстро. Противник ему не уступал.

— Tine rush! — воскликнул защитник Дагды, однако Глэд успел отвести вражеское копье. Яростное пламя прошло стороной, лишь обуглив доспех.

— Owen! — вновь прокричал Глэд, на сей раз направив заклятье в коня врага.

Животное под Крастом забилось в ужасе, заставив всадника на миг потерять равновесие, и жрец Морриган тут же этим воспользовался, вонзив копье в плоть противника. Ясеневое острие пробило броню, погрузившись в грудь, однако Краст сумел отпрянуть. Однако это уже не могло его спасти. Ибо новый удар последовал незамедлительно, и нанес его Саэф. Конь Глэда бросился на своего трясущегося в страхе сородича и отросшими клыками вцепился тому в шею, разверзнув поток крови. Откуда клыки у коня? Что сказать, в этот день свою суть раскрыл не только Глэд.

Вид животного, бьющегося в агонии из-за смертельной раны, нанесенной Саэфом, поразил Краста. Тот отвлекся на долгое мгновение. Непозволительно долгое в условиях схватки. И Глэд этим воспользовался, ударив копьем точно в шею противнику. На сей раз выпад оказался точен и смертельно раненый Краст упал на земле. Вскоре его придавил верный конь, бьющийся в агонии. Глэд победил, убив своего сородича. Убив в первый раз за всю жизнь, однако об этом он мог поразмыслить позже. Сейчас важным было то, что устранение противника должно было открыть жрецу Морриган дорогу к раненому богу. Вернее, так казалось сиду.

Отведя взгляд от поверженных противников, Глэд тут же обнаружил, что Дагда уже не одинок. Подле него, скаля клыки, расположились четверо зверей, медведи и волки. Все — матерые хищники, готовые дорого продать свои жизни. Сид мог уничтожить их, но… Взгляд в противоположную сторону показал, что у него просто не осталось времени. Священная стая доживала свои последние мгновения. Израненые, изрядно поредевшие в числе, члены отряда добивали оставшихся защитников Дагды. А некоторые уже оборачивались к жрецу Морриган с явным намерением его уничтожить. Их осталось больше десятка притом, что сид видел — его верная спутница, Мельтия, уже выбилась из сил и едва способна сражаться. Окровавленная, с едва тлеющим пламенем в перьях, она не собиралась сдаваться. Однако если оставить все как есть, Глэд ее потеряет. Подобного он допустить не мог.

— Отступаем! — крикнул жрец Морриган, толкая в бока Саэфа и тут же вынужден был укрыться за стеной воды. Защита выдержала. На этот раз.

Следом за первой атакой пришли другие. На Глэда обрушились огонь, лед, ветер. Целый вихрь разнообразных чар.

Толкнув коленями бока Саэфа сид сосредоточился на одном — попытках выжить. Раз за разом ставя защитные чары, разрезая копьем заклятья, чувствуя раны от тех ударов, что не смог отразить. Глэд бился, держа в разуме то, что ему еще нельзя умирать, что он не имеет на это право до тех пор, пока не исполнил свой долг. Он сражался, надеясь, что спутникам удастся вырваться из битвы, которую сам сид и затеял.