Книга Алчные души, страница 145 – Вячеслав Ипатов

«Далеко, еще слишком далеко» — мелькнуло в сознании сида.

Глэд чувствует, как вокруг растрастается волнение, воодушевление, настороженность, радость, злость. Целая гамма эмоций переполняет людей, фейри и зверей. Разумные стараются сохранять хотя бы внешнее спокойствие, держаться с достоинством, но в этот момент на их лицах можно прочесть все чувства без исключения. Миг триумфа.

Тысяча шагов. Дагда виден ясно и отчетливо. Глэд отмечает для себя повязки на теле бога, проглядывающие через полотно рубахи. Они закрывают его бок и грудь, подтверждая, что один из сильнейших существ этого мира был ранен и до сих пор не смог исцелиться. Тем не менее даже в таком состоянии Дагда внушает уважение. Вся его фигура говорит о скрытой мощи. Невероятной силе. При этом нельзя не отметить одно удивительное свойство в Дагде. Он ощущается материальным, настоящим. Более настоящим, чем камень вокруг, чем растения и звери, чем сами чародеи. Словно единственно реальным здесь является Дагда, в то время как все остальные представляют лишь призраков самих себя.

Четыреста шагов. Пусть Глэд смог привыкнуть к присутствию бога, с приближением к нему давление силы нарастает. Кажется, будто все энергия вокруг пропитана его присутствием. Это сбивает с мыслей, заставляет поддаться восхищению, трепету перед этим исполином. И в то же время крайне удобным фактором для Глэда.

— Anfrein as shakles, — едва размыкая губы, прошептал Глэд.

На языке фейри это означало — «хаос разрушь оковы» и обращалась данная магия не в пространство, а в саму душу сида, на сковывающую его магию заклинание.

Триста шагов.

— Anfrein as shakles, — вновь проговорил сид, чувствуя, как дрожит заклятье. Эти чары были наложены двенадцать лет назад, одним из сильнейших чародеев фейри. Они надежно скрывали суть Глэда. Но сегодня им надлежало разрушиться. В этот час сид наконец сбросит скрывающий его покров.

Двести шагов.

— Anfrein as shakles, — заклятье уже едва держится. Частицы магии Хаоса начинают вырываться из тела Глэда. И это становится опасным, ведь способно привлечь внимание даже погрузившегося в экзальтацию друида. Значит наступает время следующего хода.

Мельтия срывается в пике, а затем выпускает в воздух несколько сгустков пламени, расцветающих безобидными искрами. В то же время Глэд вонзает нож в горло «напарника», возвратным движением перерубая тому позвоночник. Мертвое тело друида падает на землю, но этого никто не замечает.

Сто пятьдесят шагов.

— Anfrein as shakles, — Глэд чувствует, как распадаются чары. Магия Хаоса, двенадцать лет сдерживаемая в глубине души, стремится на волю. С каждым мгновением удерживать ее становится все труднее. Однако сейчас использовать чары нельзя, еще рано, слишком рано! Нужно держаться!

Сто шагов.

Конь под Глэдом всхрапывает, чувствуя давление Хаоса, едва сдерживается от того, чтобы устремиться вскачь. Заклятье в душе почти уничтожено и острый глаз способен приметить частицы энергии вокруг сида. Идущая впереди жрица что-то чувствует. Медленно, словно все пространство вокруг завязло в патоке, начинает оборачиваться. В ответ сид бьет коленями в бока Саэфа, бросая его вперед. Мощная туша коня сбивает жрицу с ног, вламывается в толпу чародеев, раскидывая тех в стороны. А сам Глэд отпускает накопленную энергию, сопроводив ее всего одним словом: