Книга Топоры гномов IV. Пылающий север, страница 63 – Вячеслав Ипатов

— Что вы думаете, Вебьерн? Как нам следует поступить?

— Я считаю, что не стоит торопиться. Вначале необходимо выяснить подоплеку событий, — ответил жрец.

— Но ведь тогда мы упустим время! — воскликнул Олаф, однако понимания у собеседника не нашел.

— Зато не допустим ошибки, — веско возразил тот.

— Дьявол! Ну хорошо. Тогда что думаешь ты, Хедрик? Должно быть у тебя как обычно есть план, а наши речи ты слушаешь исключительно для развлечения?

Ярл усмехнулся. Сейчас, в эту секунду, он чувствовал истинное превосходство над соперником и искренне этим наслаждался. Ведь у него действительно был план, который разобьет в прах все предложения Олафа. Тот, который удовлетворит всех троих, что подарит славную битву и хорошие трофеи. А затем позволит действовать ровно так, как к тому моменту будет подталкивать обстановка.

— Да, у меня есть план, — с улыбкой сказал ярл. — Мы ударим здесь.

С этими словами палец Хедрика уперся в точку на карте, вызвав четыре пораженных вздоха.

Окрестности города Мирсток. Утро четвертого дня после отбытия Далина в Меран.

Осенний лес был спокоен и тих. Слишком тих, что подметил бы любой знающий следопыт. Не шумели птицы, не слышался шорох шагов, не видно было ни одной живой души. Мертвая тишина, дающая знать каждому, кто умеет слушать, что в это место пришли опасные чужаки. Однако юная, совсем недавно нанятая фея была слишком неопытна, чтобы понимать эти сигналы. Она порхала меж ветвей, подхватывала с земли листья кленов, собирая пылающий красками осени букет. О данном ей поручении кроха давно забыла, просто наслаждаясь лесной красотой и не ведая опасности, притаившейся неподалеку.

Вот она заметила упавший у самого края поляны желтый, с алыми прожилками лист и коротко вскрикнув, бросилась его подобрать. А в следующий миг воздух прорезала стрела, вылетевшая из-за зарослей малины. Выстрел оказался точным. Словно диковинный цветок, в груди феи, там, где прежде билось сердце, расцвело оперение, и мертвое тело крохи упало на землю. Одна жизнь погасла, и это стало лишь началом для нового витка смертей.

— Дэрек, какого демона ты стрелял? Зачем?!

Там, где прежде не было видно ни одного живого существа, теперь стояло трое, один из которых, человек, в кожаной добротной броне, с яростью орал на своего подчиненного. Тот выглядел сжатым, растерянным и мог лишь тихо повторять: «не знаю, я не знаю». Разумеется, этот ответ командира не устраивал.

— Как это «не знаю»? Что нам приказывал барон? Разведать! Мать твою, разведать! И ни в коем случае не вступать в схватку. А что ты, сукин сын натворил? Ты хоть сам понимаешь, что сделал?!

— Девка бежать бросилась, Гивейн, я подумал, что заметила нас и…

— Думал? Думал?! Ты в этот момент задницей своей соображал, говна кусок! Хоть сам понимаешь, что с нами барон сделает за нарушение приказа? Что он со мной сделает?!

— Гивейн, я…, я не понимаю, что на меня нашло! Руки словно сами дернули тетиву!

— Ты это Кальяди будешь рассказывать, — чуть остывая, ответил командир, после чего подошел к телу убитой.

Маленькая, всего метр роста, фея лежала на боку, примяв одно из крыльев. В ее застывшей взгляде читалась детская обида на случившееся, собранные крохой листья все также сжимались в кулачке. Гивейн, старший егерь на службе барона Кальяди, видел многое в своей жизни и совершал немало дурных поступков. И все же, глядя на мертвую фею, он не мог понять, зачем нужно было затевать восстание? Для чего барон пошел против тана Далина, что толкнуло его готовиться к войне с теми, с кем еще неделю назад они сражались плечом к плечу?