Книга Топоры гномов IV. Пылающий север, страница 47 – Вячеслав Ипатов

Я послушно приблизился к мирно лежавшим на полу частям доспеха и коснулся их рукой. Ну что сказать? Результат и вправду оказался хорошим. Пусть защита от магии Хаоса и упала на пять процентов, усиление на двенадцать процентов магии Жизни искупала эту потерю. Опять же теперь броня не портила мою репутацию у светлых рас. Тут же в нее облачившись, я описал итог зачарования священнику и искренне того поблагодарил. После чего высыпал на пол набор из трех колец.

— Ох! Совсем вы меня не бережете! — притворно кряхтя, отреагировал на новую задачу отец Антоний. — Ну а с ними что сделать желаете? Опять усилить магию Жизни?

— Есть варианты?

— Ох, сын мой, конечно есть! Артефакторика дарит несоизмеримые возможности для тех, кто погружается в ее тайны. Результат ее лишь для непосвященных может казаться веянием слепой удачи. На самом же деле он состоит из множества мелочей, сочетание которых и определяет успех или неудачу зачарования. Так, я слаб в магии Жизни и вынужден использовать материалы для усиления воздействия этой школы на артефакт, но, если бы вам требовалось усилить этими кольцами заклинания Света или хотя бы Разума, результат оказался многим лучше и при этом дешевле.

— Раз так, я выберу магию Разума.

— Решили сделать подарок своей спутнице? — широко улыбнувшись, спросил священник. — Ох! Не делайте такие лица. Я человек старый и много повидавший. В этот храм приходило множество пар, дабы получить благословение или совет. Как сейчас помню одну девушку, Викторию, что просила обручить ее с юношей-горшечником. И пусть это обязанность простых священников, разве мог я отказать? Свадьба должна была состояться завтра…

Вновь отец Антоний замолчал, невидящим взором уставившись в пространство. Только сейчас я заметил дрожание его пальцев.

— Но давайте вернемся к зачарованию. Все же время позднее, не хотелось бы вас задерживать…

Храм мы покинули спустя еще полчаса. Лично я сделал это с чувством глубокого облегчения. Не знаю, что было тому виной, странное поведение священника или просто усталость в конце долгого дня, однако на улице я позволил себе несколько секунд просто стоять с закрытыми глазами, подставив непокрытую голову под порывы ветра. Солнце уже скрылось за горизонтом, похолодало, отчего воздух веял живительной прохладой. Она прекрасно остужала голову.

— Он глубоко несчастен, — тихо проговорила Кацуми.

— Что?

— Отец Антоний. Горе преследует этого священника и каждый раз настигает, стоит только ему задуматься о прошлом.

— Да, ты права. И я даже догадываюсь, что случилось.

По молчаливому согласию эту тему мы больше не поднимали.

Часы в интерфейсе показывали одиннадцать. И это было явным поводом к тому, чтобы направиться назад, в казармы. Увы, заботы этого дня еще не были окончены. И следующим на очереди в списке дел стала встреча с несколькими подчиненными, которым я дал поручение перед походом в храм.

Ждали они нас недалеко от церкви, у все еще открытой в этот час таверны. Странное соседство, на мой взгляд, но судя по шуму и пьяным выкрикам, оно никого не беспокоило. Мои подчиненные, впрочем, были совершенно трезвы, пусть возложенная на них задача и была напрямую связана с алкоголем.

— Докладывай, — приказал я старшему из десятка моркхазад.

— Тан, все обошли, цены выведали. Вот вам список лучших предложений с адресами, — с этими словами гном протянул мне помятый листок.